Ключ

Конец мая. Солнце. Такое жаркое, палящее солнце. Я открыл глаза и посмотрел на часы. 6:24. Странно, что я проснулся так рано. На учёбу больше не нужно — по крайней мере, ближайшие три месяца. Было бы враньём говорить, что я этому не рад: в школе я не видел ничего, кроме противных лиц одноклассников, которые так и норовили крикнуть в мою сторону какую-то очередную чушь. Мерзость.
В этом году я окончил шестой класс, и, господи, как же это было мучительно! Мало того, что в новой школе меня не приняли, смеялись над моей старой нелепой курткой и причёской, так ещё и школьную программу я перестал усваивать совершенно, за что нередко выхватывал от мамы. Как же я рад, что передохну от этого ужаса.
После этих раздумий я решил встать и пойти на кухню. Там меня уже ждала мама — это мне никуда не надо, а вот у неё работа пока продолжается. Увидев меня, она молча поставила чайник и села за стол.
— Ну что, как ощущения?
Я не сразу понял вопрос. Пару секунд смотрел на маму с выпученными от недоумения глазами.
— От чего?
— От того, что в школу больше не надо, от чего же ещё!
— Ну, я рад… По крайней мере, теперь можно отсыпаться.
Довольно странно прозвучали эти слова от меня, поднявшегося ни с того ни с сего в шесть утра в долгожданный нерабочий день. Но мама внимания не обратила — слегка покачала головой и тут же поднялась, чтобы начать готовить бутерброды к чаю. Я решил уйти в свою комнату — не буду же я стоять на кухне, пока готовится завтрак.
Зайдя в комнату, я принялся её осматривать — так, будто не в одном и том же месте я провёл последние двенадцать лет. Плакаты на стенах с моими любимыми музыкальными группами. Любовь к ним мне привил папа, когда я был совсем маленьким. И когда он был жив. Вот висит календарь. На нём двадцать седьмое мая. Сегодня двадцать восьмое. Я медленно переворачиваю лист на сегодняшнюю дату. После этого засматриваюсь во двор. Странно, но на улице ни души — в такое время обычно во дворе гуляет много детей, настолько много, что их крики порой давят обручем на голову. Сейчас же там только пустая, освещённая солнцем площадка. Прогуливаясь глазами по территории, я замечаю лежащий под качелями предмет. Прищуриваюсь: что-то металлическое. Похоже на ключ. На вид тяжёлый и старый. Откуда он там?
Мои раздумья оборвал крик мамы, зовущей меня. Завтрак готов.
Я пошёл на кухню. Там пахло подгоревшим хлебом и свежим чаем. Мы уселись за стол.
— Знаешь, сынок, — начала разговор она, держа в руках надкусанный бутерброд, — я понимаю, что тебе трудно. Переход в новую школу — это всегда непривычно. Но ты ведь проучился там всего лишь год. Ещё всё впереди. Может, тебе стоит поискать друзей?
Я уже хотел огрызнуться, сказать, что никакие «новые друзья» мне не нужны, но что-то в её голосе — уставшее и одновременно невероятно тёплое — остановило меня.
Я молча взял кружку, отпил из неё чай. Мама продолжила:
— Может, запишешься в какую-нибудь секцию?
— Может быть. Только не в шахматы, — промямлил я, жуя бутерброд.
Мама улыбнулась. Впервые за долгое время.
— Ну, значит что-то другое. Решим этот вопрос к сентябрю.
Видимо, каникулы — это не только отдых, а ещё и шанс начать всё немного иначе. Но покоя мне не давали мысли о том ключе, что я увидел во дворе. Откуда он там взялся? И почему у меня чувство, будто вот-вот случится что-то очень важное?
Допив чай, я поблагодарил маму за завтрак и вышел из кухни. Дошёл до прихожей. Недолго думая, обул кеды и, предупредив, что иду гулять, побежал во двор. Войдя на площадку, я тут же подошёл к ключу, который заприметил. Поднял его — как и ожидалось, он оказался тяжёлым и холодным, несмотря на жару. А на его бородке, если присмотреться, были выцарапаны цифры: 6:24.
Ровно то время, когда я сегодня проснулся.