Как иероглифы, дерев безлистных ветки...

Как иероглифы, дерев безлистных ветки,
Покачиваются от всех ветров.
А дождь оплакивает их жилетки,
Стекая по строкам заветных строф.

И дерево само, как стих в фаворе.
Вершина есть, и ствол, и веток прыть.
Читай его и в радости, и в горе,
Что листьев нет, о том не надо ныть.

Огромный дуб, ему уже лет триста,
Наверное, сам Пушкин воспевал.
Он помнит про восстанье декабристов,
Ему знаком ветров "девятый вал".

А вот орешник, гибкий, стреловидный,
Кому-то подарил орехов пуд.
Его "колчан" просвечивает с виду,
Но помнит, как плоды его "стригут".

Так каждый клён, по осени опавший,
Воспет Есенина талантливым штрихом.
Деревья осенью, листвою обнищавши,
Воспрянут по весне другим стихом.

И прочитается великая поэма
Про этот лес, воскресший по весне.
И каждый год произрастает племя
Библиотек подобных по стране.

Мелькают, как людей знакомых лица,
Деревья, веток лёгкий пересвист.
Читайте их природные страницы
И пойте песни про кленовый лист...