Октябрь в Новой Ропше

К Вл.К.
...
Я живу среди тех,
Зацелованных ветрами сосен,
Словно птица в гнезде,
Над которым хвоинки звенят.
На четвёртом десят-
ке острее я чувствую осень,
Журавли голосят,
И, мне кажется, кличут меня.
Так ли жил до сих пор,
Как положено жить человеку?
Может просто на скор-
ость бежал через годы. Они
Исчезали как пти-
цы. Но так ведь бывает от века:
Юность быстро летит,
Не считая недели и дни.
День, другой: журавли
Закурлычат тревожно над крышей,
И, построившись в клин,
Поплывут за собою маня,
В синей той синеве,
Что становится выше, но ближе,
Как далёкий привет
От кого-то, кто помнит меня.
Пусть летят журавли,
Им кричу, что о них не жалею.
Пусть у стылой земли
Листья кружат последние па,
Но в саду опусте-
лом светла и прозрачна аллея:
Красота в пустоте,
Так по-северному скупа,
Неприметна она, -
Примелькается и не заметишь.
Я стою у окна,
И не вижу, но чую нутром,
Что рябины горят
И что сосны рыжеют при свете
Октября, несмотря
На капризную розу ветров,
Застилающих солн-
це от мира сырым покрывалом.
Посреди этих волн
Ощущается вечный покой.
Но из дальней дали
Белоснежным клекочущим валом
В свой черёд журавли
Проплывут над бескрайней тайгой.
Так и я, вопреки
Беспощадной октябрьской яви,
Возращаюсь другим,
Не таким, что ушёл сгоряча.
И приветствую о-
сень, себе ничего не оставив,
Окромя этих со-
сен, что небо несут на плечах.