Служение свету

«Тяжкий, плотный занавес у входа,
За ночным окном – туман.
Что теперь твоя постылая свобода,
Страх познавший Дон Жуан?»

(«Шаги командора», Александр Блок; 1910–1912)


Да, жизнь жестока, но она безмерна,
Бездонна, словно космос. Это рок?
Нет — счастье дней! Смотрю на жизнь влюблённо,
И сам себя на мир души обрёк.

И нет вражды. Я не иду с мечами,
Огнём не жгу дома — гудит мотор
В груди, пока живой, а за плечами
Осталась жизнь, и впереди — простор.

Когда родился от жары и стужи,
Когда остался я в саду часов,
Бог солнца пригласил меня на ужин,
И он спросил: «Писать стихи готов?»

Не ожидал он быстрого ответа,
Обоих не томила тишина,
И Аполлон зажёг огни рассвета —
Была душа со всех сторон видна.

Грехи, ошибки видел. Как ни странно,
И милосердье. Не была мутна
Моя душа. Сказал: «Писать не рано,
Но можно опоздать. Гнетёт одна

Печаль: чтоб не пропасть потом в тумане
Прошедших лет, пиши, как в первый раз —
Не отступай от строк. Евтерпа встанет
С приветствием к тебе — настал твой час…»

И вновь я на земле — стою у входа
В столь сложный мир людей. Вокруг — туман.
Идти туда? Но как же? Моя свобода —
Как быть собой, когда приду незван?

Иль молотком обид — по наковальне
Прошедших дней, когда душа глуха?
Иль мне под небом — дудочкою дальней
Будить рассветы вместо петуха?

Будить, будить! Какие это звуки,
Когда мгновенья мрака сочтены,
Когда я солнцу предаю руки
И между нами не найти стены!

И я вхожу. За мной раздались споры:
Подарит свет, когда в сердцах темно?
На доброту свою наденет шпоры,
Как в наших людях водится давно?

Конечно, свет! Ему служу бесстрастно,
Оставив втуне выгоды дела.
Пускай смеются, одному мне ясно:
Обида на людей на нет сошла.

Андрей Душанби (Сметанкин); Душанбе; 28.10.2026