Но знаем мы
берёзы блеск сусального листа.
И небо, небо — без порока, без предела,
крылатое, всесветлое, как Та,
что Матерью Божественного Слова
наречена, и самоцветных слов
плетёт ей ожерелья в песни новой
немолчный голос ангельских чинов.
И часто из бездонной этой дали
стоящему на берегах земли
мне чьи-то очи тайны открывали
и, полные привета и печали,
учили, защищали и вели.
Но знаем мы, смотрящие с любовью
в небесный лик лазурно-золотой,
с какой сроднён гнетущей, душной болью
возвышенного зрения покой,
и как при взгляде кротком и счастливом
на этот несказанно-синий цвет,
иль в зеркало пруда, что жёлтым ивам
трепещет ломким золотом в ответ,
иль внутрь древесных трещин и расселин,
в шуршащий лист ветвистых древних книг, —
сочится сукровицей, гнил и неисцелен,
души неосязаемый гнойник.
Свидетельство о публикации №126102806261