Дельфин

В дурдоме номер сто один,
Лечился розовый дельфин,
Уж больно сильно он страдал,
Морской артист людей познал.
И вот уж на обходе врач,
Дельфин от страха весь в калач,
Когда ж с уколом медсестра,
Немного есть в глазах искра,
Но в целом бедненький дельфин,
В своих раздумиях один.
Лежит в мечтаньях о морях,
И о воздушных пузырях.
Но как так вышло, что дельфин,
Лежит в дурдоме сто один,
Не ловит в море рыбу хек,
Как будто он здесь человек.
И разговаривают с ним,
Как с человеком молодым.
Вот правда доктор Эйзеншпиц,
Позвав красивых медсестриц,
Им говорил, смотрите леди,
Вот вам дельфин на парапеде.
И улыбались доктора,
Дельфин... Ну вот ещё дела...
А он страдал в своих раздумьях,
И угасая от безумья,
Кричал, что он не человек,
Что не берёт он ипотек,
Что он свободен в океане,
А здесь, как будто всё в тумане,
Работа, нервы, доктора,
Гнетёт сезонная хандра.
Лишь только скажет - он дельфин,
Под хвост получит витамин,
Неужто врать, что человек,
Что он не любит рыбу хек.
Придётся видимо соврать,
Чтобы отсюда убежать.
И вот дельфин, собрав партсек,
Воскликнул, я же человек,
А не какой-нибудь дельфин,
Вы не колите витамин.
Посовещались доктора,
Итог - на выход, со двора,
А там в ближайший океан,
Чтоб позабыть про свой обман.
Ведь в том дурдоме - сто один,
В свой первый раз соврал дельфин,
И сразу человеком стал,
Зачем за правду он страдал.