Не по любви

— Кажется, ты запуталась.

— Когда кажется, креститься надо. — Элла весело улыбнулась в ответ на замечание сестры и щёлкнула Катю по носу.

— Когда отношения не единственные, в них легко запутаться, — назидательно упрекнула Катя.

— Завидуешь?

— Чему?

— Что у меня вон сколько кавалеров, а у тебя только рыжий Сёмка. — Элла показала сестре язык.

— Что ж тут хорошего? Разврат.

— Разврат — это когда все одновременно, а у меня по очереди.

— Разве можно любить по очереди?

— А кто говорит про любовь?

Элла вынула из шкатулки нить розового жемчуга, накинула на шею, полюбовалась в зеркало. Дорогие бусы ей подарил отец в свой последний приезд в отпуск. Благодаря заработанным на Севере деньгам он мог позволить себе щедрые траты. Отец дарил подарки жене и дочерям, но для Эллы всегда находил что-то особенное. Он гордился дочерью, и не жалел средств на то, чтобы подчеркнуть её красу.

— Но ты же с ними целовалась!

— Это что, преступление?

— А разве без любви целоваться не противно?

— Не противно! — Элла нагнулась к зеркалу, чтоб подвести ресницы. — Если умеючи. Сёмка-то умеет?

— Не знаю. — Катя надула губы и отвернулась к окну.

— У-у-у… Да ты ещё нецелованная, а рассуждаешь о чём не знаешь, — усмехнулась Элла.

— Узнаю, — обиженно буркнула под нос Катя. — А целоваться надо по любви. В этом вся прелесть. Иначе это будет просто обмен микробами, бактериями и ещё кучей противностей.

— Не доросла ещё такие рассуждения рассуждать.

— На возраст кивают, когда нет убедительных аргументов в защиту своей позиции.

— Ничего себе! — Элла развернулась. — И откуда ты такие выражения знаешь?

— Слышала, как папа говорил.

— Ну хорошо, а вот если отношения по-ущербному одиноки, не намекает ли это на ограниченность во взглядах тех, кто в этих отношениях.

— Ты просто ищешь оправдание своей распущенности.

Элла положила на трюмо брасматик и присела на диван рядом с сестрой.

— Может, и так, — она вздохнула. — Но естественный отбор ещё никто не отменял.

— Ну и как ты будешь выкручиваться, когда Паша, а потом и Рома вернутся из армии. Что ты им скажешь? Как объяснишь, что теперь встречаешься с Егором?

— Не знаю. Надеюсь, что сами отвалятся, как старая засохшая болячка, — Элла рассмеялась и обняла сестру. — Катька, ты же сестра моя, должна быть на моей стороне. Ну что Пашка? Одни понты, и те незаслуженные, дурак дураком, подумаешь, смазливая мордашка, разве для мужика это главное?

— Зачем же ты с ним встречалась?

— Хм, — Элла пожала плечами. — Не знаю. Просто. Пристал, отвязаться не могла.

— А Ромка?

— Ромка? Это вообще недоразумение. Даже говорить о нём не хочу. У него самого рыльце в пушку. Только Пашка за порог, он ко мне. Вот пусть сами между собой отношения и выясняют, мне пофиг.

— А Егор? Ты его любишь?

— Егор? Егор он другой, понимаешь. Он мне больше подходит, он начитанный, хорошо разбирается в искусстве. Занимается спортом. Играет на гитаре, участвует в школьном ансамбле.

— Он что, ещё учится?

— Заканчивает, — Элла выпустила из объятий сестру. — Он младше меня на два года, хотя по нему не скажешь. Он перспективен, собирается поступать в университет, хочет стать дипломатом. Он мне интересен. Мне с ним хорошо. Это мой человек. И он хочет познакомить меня со своими родителями.

— Я не поняла, ты его любишь?

— Конечно. Я разве не сказала?

— Нет. Не сказала. Сказала, что подходит.

— Кать, ну не придирайся к словам.

— Если он заканчивает школу, значит, скоро пойдёт в армию?

— Да, — Элла поджала губы.

— Снова провожать будешь?

— Буду.

— А ждать?

— И ждать.

Вы прочли отрывок из повести Елены Касаткиной "Птичка перелётная. Маршрут для обречённых". Полностью книгу читайте на Ридеро, Литрес и Амазон.


Рецензии