Исповедь Белой Волчицы

Исповедь Белой Волчицы

Я училась молчать и терпеть, 
Улыбаться, когда было больно. 
Я боялась однажды взлететь, 
Потому что любила невольно.

Я привыкла прощать и жалеть, 
Даже тех, кто оставил мне раны. 
И старалась душою не тлеть, 
Затянув свои шрамы обманом.

Я скрывала под снегом следы, 
Чтоб никто не узнал, где я плачу. 
И просила у тёмной воды 
Не судить меня за неудачу.

Сколько раз я клялась не любить, 
Не искать в темноте пониманья. 
Но нельзя своё сердце забыть, 
Как нельзя отменить расставанья.

По ночам, когда мир затихал, 
И луна серебрила ресницы, 
Кто-то тихо во мне тосковал, 
Кто-то бился о прутья темницы.

Я пыталась не слышать тот вой, 
Заглушить его шумом и светом. 
Но однажды холодной зимой 
Мне душа отозвалась ответом.

«Ты не можешь себя предавать, 
Забывая и кровь, и дорогу. 
Ты умеешь любить и прощать, 
Но не будь благодарна острогу.

Не пытайся казаться другой, 
Не скрывай свои старые раны. 
Я всегда оставалась с тобой, 
Даже там, где царили обманы».

И тогда я впервые смогла 
Не стыдиться ни слёз, ни печали. 
Я ладонью коснулась стекла, 
За которым снега замолчали.

И не стало ни клеток, ни стен, 
Только ветер над сонной равниной. 
Я не жду больше чьих-то измен, 
Не хочу быть ни злой, ни невинной.

Я не стану искать виноватых, 
Не потребую плату за боль. 
На дорогах, снегами объятых, 
Я впервые позволю быть мной.

И когда надо мною взойдёт 
Та луна, что мне снилась ночами, 
Белой Волчицей душа запоёт, 
Всё, о чём мы так долго молчали.