Долина Марака

В долине Марака блаженной,
Под сенью островерхих скал
Ветвится, устремляясь вверх, священный
Душистый сад в недвижности смиренной,
Где ветер меж бутонов и стеблей шептал
О траурном исходе неизменном.
Ручей, что серебрился в медленном теченьи,
Долину рассекал извилистой змеёй,
Впадал в глубокое ущелье
И, ударяясь в танце пенном,
Скользил над сказочной землёй,
В том месте поглощался мягкой темнотой,
Что усмиряет бурное волненье.

Там в окруженьи каменных гигантов,
Над пропастью, где поселился сумрак,
Меж комьями молочного тумана возвышается угрюмо
Готическая башня в окруженьи амарантов.
Холодных стен не согревает солнца луч,
Там воздух тяжел и тягуч,
И в сгустке мрачных отражений
Засела тень прелестной юной девы.
В безмолвной башне не могли бы утонуть
Печальны слёзы, капали на грудь
Очаровательной Линнеи.
Над мирным долом ночь сгустилась,
Явила бледный свет свой полная луна,
На крышу башни Тень спустилась
И чрез высокое окно пробилась
В обитель девы, где она спала.
В дыхании её, теперь уж мерном,
Он слышал слёз бесчисленных прибой,
В биенье сердца чрезмерном
Сочащуюся в пустоту любовь.
Тот человек - он ангел или дух на крыльях? -
Не мог свой взор от девы спящей отвести.
Пред красотой Линнеи оказался он бессилен,
И страх тогда в него вселился первобытный,
Ведь знал, что не сумеет обрести
В его объятиях она ни ласки, ни защиты,
А их сердца в конце концов окажутся разбиты.
Так думал он, понуро наклонив чело,
Расписывая безутешность мнимыми мечтами,
Не ведал он, что уж давно
Линнея обратила взор свой на него.
Глядела робкими влюблёнными очами
На ангела, что возвышался гордо, молчаливо
Над суетным подлунным миром.

Он приходил к ней лишь в то время,
Когда ночной богини торжество
Царило над долиной. Осыпался звёздный жемчуг
Под одинокой голубой луной
И оседал росой в краю безбрежном.
Пустынных коридоров тишина
Плескалась в песнях ангела, чей чудный голос
Линнею погружал в волшебный сон без сна.
Историй древних, как сам космос,
Он вереницею пускал
По тихой комнате Линнеи.
О благородных подвигах и битвах рассказал,
О том, как создавались города и рушились Помпеи,
Как первый крик живого существа звучал.
Но так был горек миг их расставанья,
И столь короткими казались те свиданья,
Что деву грусть хмурная обуяла -
Остаться ангела Линнея умоляла.
И, дабы безутешностью угрюмой
Не истязать любимой дух,
Остался он. К своим же страхам оказался глух,
И, в сторону отбросив всякие раздумья,
Он встретил с ней рассвет. Парадный, бурный
В утробе неба свет огнистый зарождался,
Чей луч по башне извивался.
И только стоило ему упасть на гордое чело,
Линнея тут же увидала -
Нет, то не ангел, а как будто дьявол! -
На мощных крыльях только чёрное перо,
На голове - массивные рога,
Печаль вселенская в глазах его.
Забывши суть свою, доверившись мечтам,
Теперь объяла демона смертельная тоска.
Узрев, как отшатнулась в страхе дева,
Как задрожали мягкие уста,
Исчез в окне, достигнул края в три прыжка
И, крылья сжав отчаянно в руках,
Он бросился в бездонное ущелье.
Не слышал он, ударившись о камни,
Мучительный истошный крик Линнеи.
Сбежала вниз стрелой, к обрыву подоспела,
Глядит - в тени высокой башни,
В ручье меж пены волн прозрачных
Лежало неподвижно тело.
Её возлюбленный печальный демон,
Чья кожа бледная в объятьях крыльев мрачных,
Плескался в водах устрашающе кровавых.

В долине Марака блаженной,
Под сенью островерхих скал
Ветвится, устремляясь вверх, священный
Душистый сад в недвижности смиренной,
Где ветер меж бутонов и стеблей шептал
О траурном исходе неизменном.
Там хоронила демона Линнея,
В стране покоя Вечного Морфея;
Там скорбь сплеталась под землёй дугой,
Бутоном у могилы распускалась пёстрым.
И только ветер пел над каменной плитой
В долине той, где дева плакала над мёртвым монстром.


   27 октября 2026 года.