Государыня Анна

Слушай меня, моя государыня, свет очей моих, единственная соперница моей короны. Перед тобой не властитель, а пленник — и пленник добровольный, ибо трон мой стоит на земле, а сердце давно унесено в твои небеса.

Я повелеваю морями и сушей, но не могу повелеть своему сердцу не биться чаще, когда ты входишь в зал. Я держу в руках ключи от сокровищниц, но все золото мира — лишь тусклая латунь перед блеском твоих глаз. Все алмазные россыпи, все рубиновые жилы, все сапфировые глубины, вся платина, вся медь, всё серебро и даже уголь, что таит в себе древний огонь, — я сложил бы к твоим ногам, но и этого мало. Ибо ты — недра, которых не знает ни одна карта; ты — жила, которую я искал всю жизнь и нашел не в земле, а в душе.

Ты — моя стихия. В тебе — вода океанов, что гасит мой гнев и поит мою нежность; в тебе — огонь вулканов, что плавит мою гордость в воск; в тебе — воздух горных вершин, которым я дышу, когда рядом нет тебя; в тебе — земля, на которой я, царь, стою твердо, только если держишь меня за руку. Ты — гроза, что очищает небо моей души, и рассвет, что прощает мне все мои ночи. Ты — ураган, что сносит мои бастионы, и тихий ветер, что сушит мои слезы, которых не видел никто, кроме тебя.

Я строил дворцы, но ни один купол, ни одна арка, ни одна колонна, ни один шпиль, ни один витраж не сравнится с архитектурой твоего лица. В твоих чертах — стройность соборов, в твоей улыбке — триумфальная арка, в твоем взгляде — витраж, сквозь который в мою жизнь входит свет. Мои крепости — прах перед крепостью твоей верности. Мои мосты — жалкие жерди перед мостом, который ты перекинула от моего сердца к своему.

Я владею географией мира, но истинная моя держава — ты. Ты — мой экватор, вокруг которого вращается моя жизнь; ты — мой полюс, куда указывает моя внутренняя стрелка; ты — мой архипелаг, моя гавань, моя река, что не иссякает, моя пустыня, в которой я нашел оазис, мои горы, с которых я вижу весь мир. Все континенты, все меридианы, все моря и все широты я отдал бы за одну твою ладонь в моей.

Пусть говорят, что царь не должен склоняться. Но перед тобой я склоняюсь не как раб — как государь, который нашел свою настоящую столицу. Не по праву крови, а по праву сердца назову тебя царицей. И если все богатства планеты, все стихии, вся архитектура и вся география мира исчезнут завтра — я не побледнею, пока ты рядом. Ибо ты — моя единственная держава, моя вечная любовь, моя корона и мой трон.