Змеиный остров

Тот остров, что Змеиным тогда звался,
От змей страдал, что ядом отравляли
Всех жителей: и веру, и тела их,
И не было спасенья от напасти.
 
От засух много змей тех расплодилось,
От ложного прилива стыло сердце,
Шипели змеи, яды прибывали,
Топя во страхе помыслы и мысли.
 
На мысе, что ты знаешь как Кошачий,
Был монастырь святого Николая,
Монахов тех лишь Отче не забыл,
Их имена и подвиги Христовы.
 
И старое поведало поверье,
Что в нём гостила некогда Елена
Которая апостолам равна,
И мать тому, кто Рим Христа воздвиг.
 
От змей страдая монастырь ветшал,
Испило сердце забродивший страх,
И падали подвижники в траву,
От яда в доме начал край пустеть.
 
Но кошек привезли на кораблях
Наверно, из египетской земли,
Красивых  - словно жив Эдем доныне
И непугливых - словно нет греха.

И кошки те - царицы той был дар,
И стали жить они в монастыре,
И, стены его ночью охраняя,
На битву стали днями уходить.

Их рано утром колокол будил,
И лучшей пищей братия встречала,
Потом же выходили из ворот,
И ядовитые стекали к ним моря.

И долог был их безнадёжный бой,
Душили, рвали, яд в себя впуская,
Когтями и зубами нанося
Порой последние слабевшие удары.

Черпать по капле, гибнуть от отрав -
Как на пиру упасть от голода и жажды,
А колокол под вечер звал назад
Отравленный и поредевший строй.

Так шли года, отравленное племя
Расправилось с бедою до конца,
Ослепшее, без лап, носов, хвостов,
От ран умершее, весь яд приняв в себя.

С тех пор не находили сходства
С зверьми Эдема, гордостью Египта,
Но то лишь гости, что на остров прибывали
Забыв былой здесь ползающий страх.

Монахи же с любовию смотрели
На всех покусанных, безухих и слепых

(Весь яд ушёл в потомство до конца)

И видели в них истинных Эдемовых зверей,
Вернувшихся в тот сад.