Отель на кладбище

Как чёрствый хлеб,
когда-то высох на столе.
Как вспышка хаоса —
такой же милый вид обманчив.
Светыч из огня и пламени,
рондолью парящая комета.
Но ты не из таких!
Это я на ровном месте гасну…

Из осени в весну —
как же ярко холодит
и обжигает так опасно.
Не стонет, не свербит —
лишь миг немедленно мелькнёт.
Будто обворованный стоишь.
Наступит слякоть,
наступишь в слякоть —
и уже на другом этаже
встрехнёшь руками тягость.
А там рандеву, и вы вдвоём:
висельник, метла на ноге и очередная пакость.
Даже будучи в тумане повеситься у него не получилось.
Кровожаден до тошноты,
ленив до рвоты,
а глаза добры неисправимо.
Ушедший в дым со сном из мима.

Крадётся дорога.
Мммм.
Дальше, по вьючной косе.
Мммм.
Знаешь,
искать силы там, в больной спине,
во времени, которое не в моде.
И микроинсульт ночью,
невозможно набрать воздуха в грудь.
Ты же знаешь, что скоро сдохнешь,
но открываешь это сраное окошко,
чтобы прыгнуть?
Нет.
Нихуя.
Чтобы вздохнуть.

Снаружи лобового стекла автобуса табличка «Пассажиры»,
а с внутренней стороны написано «Пустой» —
так, сука, и едем.
Сколько раз ещё надо умереть,
чтобы остановиться у той вывески «Отель» на кладбище,
где вкусно пахнет сирень.
И дарят любимым мимозы.