Притча о мотыльке и свече

Притча о мотыльке и свече из «Бустана» Саади
(персидского поэта XIII века). Именно она
стала каноном для всей последующей суфийской
и любовной поэзии Востока.

К сожалению, в доступных источниках нет полного
русского перевода того самого диалога Саади из «Бустана».
Однако у Саади есть два варианта этой притчи,
и они дают разные ответы на вопрос, что такое любовь.
Вот они.
1. «Мотылёк и Свеча» (диалог, ставший классикой)
Это самый цитируемый и эмоционально сильный фрагмент.
В нём мотылёк и свеча спорят о любви, и каждый видит её по-своему.
Мотылёк говорит о готовности сгореть в одно мгновение:
«Аркан захлестнут у меня на шее,
И мне не страшно, рад сгореть в огне я» .
Свеча возражает, что её любовь требует долгого горения,
а не мгновенной вспышки:

«О притязатель!
Вспыхнув на мгновенье,
Сгорел ты.
Где же стойкость?
Где терпенье?
В единый миг ты здесь
спалил крыла,
А я стою, пока сгорю дотла.
Ты лишь обжёгся.
Но, огнём пылая,
Вся — с головы до ног —
сгореть должна я!»

Почему это «лучшее»: Этот диалог —
квинтэссенция восточного взгляда на любовь.
Мотылёк символизирует страсть,
готовую к мгновенной гибели (фана, растворение в Возлюбленном).
Свеча — терпение и стойкость в любви, которая длится,
даже если это приносит боль. В финале свеча гаснет,
и её последний вздох — тоже о любви.

2. «Мотылёк, который не сгорел» (полемика с каноном)
У Саади (и позже у поэта Икбала) есть и другой взгляд,
который часто упускают. В нём мотылёк, сгоревший у свечи,
не считается героем.
Икбал (вдохновляясь Саади) писал:
«Долой сказку о том, [пребывающем] у подножия светоча
(т. е. о сгоревшем мотыльке).
Повесть о его [гибели]
в огне на слуху [у всех].
Я посчитаю мотыльком того мотылька,
Чья душа упорна в труде и пламенна».

Почему это важно:
Эта версия спорит с идеей самоуничтожения.
«Лучший» мотылёк здесь — не тот, кто сгорел,
а тот, кто разжёг свой собственный огонь внутри,
а не просто кружил вокруг чужого пламени .
Это более поздняя, «философия действия»,
но она выросла из той же притчи Саади.
Однако есть два варианта, которые можно
считать «полными» в рамках своих традиций.

1. Русский перевод (фрагмент, который есть в сети)
Это перевод того самого диалога,
но в доступном источнике он обрывается на ключевой реплике свечи:

«Бедняга! — кто-то мотыльку сказал.

Себе ты лучше б ровню поискал!
Горящая свеча тебя не любит.
Влечение твое тебя погубит.
Не саламандра ты, не рвись в огонь!
Надежная нужна для битвы бронь,
Как без нее с железноруким биться?
От солнца мышь летучая таится.
И тот, кто здравым наделен умом,
Не обольщается своим врагом.
Где разум твой? Свеча — твой враг смертельный,
Зачем ты рвешься к гибели бесцельно?
Бедняк, прося царевниной руки,
Получит в лучшем случае пинки.
Свеча султанам и царям сияет
И о любви твоей, поверь, не знает.
Она, блистая в обществе таком,
Прельстится ли ничтожным мотыльком?
Твоя любимая вельможам светит:
А ты сгоришь — она и не заметит!»
И мотылек ответил: «О глупец,
Пусть я сгорю, не страшен мне конец.
Влюблен я, сердце у меня пылает,
Свеча меня, как роза, привлекает.
Огонь свечи в груди моей живет,
Не я лечу, а страсть меня влечет.
Аркан захлестнут у меня на шее.
И мне не страшно, рад сгореть в огне я.
Сгорел я раньше, а не здесь — в огне,
Который обжигает крылья мне.
Она в такой красе, в таком сияньи,
Что глупо говорить о воздержаньи.
Пусть я на миг в огонь ее влечу
И смертью за блаженство заплачу!
Я в жажде смерти рвусь к живому чуду.
Она горит! И пусть я мертвым буду!..
А ты мне говоришь: «Во тьме кружи.
Ищи достойную и с ней дружи!»
Скажи ужаленному скорпионом:
«Не плачь!» — не станет вмиг он исцеленным.
Советы бесполезно расточать
Пред тем, кто не желает им внимать.
Не говорят: «Полегче, сделай милость!»
Возничему, чья четверня взбесилась.
В «Синдбаде» также сказано о том:
«Сравни советы с ветром, страсть — с огнем».
Костер под ветром ярче пламенеет,
Тигр, если ранен, пуще свирепеет.
Я прежде думал: ты мне добрый друг,
Не ждал я от тебя дурных услуг.
Советуешь мне: «Ровню, мол, ищи ты,
Пусть будут сердце и душа убиты!..»
Не дорожишь душой, так не взыщи,
Ты сам иди и ровню поищи.
К себе подобным лишь самовлюбленный
Идет, как пьяный в мрак неозаренный.
Я сам решил — во тьме ль погибнуть мне,
Или сгореть в ее живом огне!
Тот, кто влюблен, тот смело в пламя мчится.
Трус, что влюблен в себя, всего боится.
От смерти кто себя убережет?
Пусть жар возлюбленной меня сожжет!
И если смерть для нас неотвратима,
Не лучше ли сгореть в огне любимой,
Вкусить блаженство, пасть у милых ног,
Как я — в свечу влюбленный мотылек!»
Однажды темной ночью я не спал
И слышал — мотылек свече шептал:
«Пусть я сгорю! Ведь я люблю... Ты знаешь..
А ты что плачешь и о чем рыдаешь?»
Свеча ему: «О бедный мотылек!
Воск тает мой, уходит, как поток.
А помнишь, как ушла Ширин-услада,
Огонь ударил в голову Фархада».
И воск, подобный пламенным слезам,
Свеча струила по своим щекам.
«Любви искатель! Вспыхнув на мгновенье,
Сгорел ты. Где же стойкость? Где терпенье?
В единый миг ты здесь спалил крыла,
А я стою, пока сгорю дотла.
Ты лишь обжегся...»

Важное примечание: Текст обрывается на словах свечи.
В оригинале Саади свеча договаривает свою мысль о том,
что она должна гореть всю ночь, а мотылёк сгорел сразу.
Полного окончания этой реплики в найденных источниках нет.
2. Полная версия от Аттара (в переводе на английский)
Если вам нужен законченный текст с моралью,
то у Аттара в «Беседе птиц» есть своя,
более развёрнутая версия притчи.
Она считается не менее канонической.
Вот её полный перевод (Darbandi & Davis),
где мотыльки учатся у свечи:

Moths gathered in a fluttering throng one night
To learn the truth about the candle light,
And they decided one of them should go
To gather news of the elusive glow.
One flew till in the distance he discerned
A palace window where a candle burned –
And went no nearer: back again he flew
To tell the others what he thought he knew.
The mentor of the moths dismissed his claim,
Remarking: “He knows nothing of the flame.”
A moth more eager than the one before
Set out and passed beyond the palace door.
He hovered in the aura of the fire,
A trembling blur of timorous desire,
Then headed back to say how far he’d been,
And how much he had undergone and seen.
The mentor said: “You do not bear the signs
Of one who’s fathomed how the candle shines.”
Another moth flew out — his dizzy flight
Turned to an ardent wooing of the light;
He dipped and soared, and in his frenzied trance
Both self and fire were mingled by his dance –
The flame engulfed his wing-tips, body, head,
His being glowed a fierce translucent red;
And when the mentor saw that sudden blaze,
The moth’s form lost within the glowing rays,
He said: “He knows, he knows the truth we seek,
That hidden truth of which we cannot speak.”
To go beyond all knowledge is to find
That comprehension which eludes the mind,
And you can never gain the longed-for goal
Until you first outsoar both flesh and soul;
But should one part remain, a single hair
Will drag you back and plunge you in despair –
No creature’s self can be admitted here,
Where all identity must disappear.

Саади на русском в полном перевода в открытом доступе, увы, нет.
Если вам нужна законченная притча с моралью,
то версия Аттара (в английском переводе) — это самый полный вариант.

Мотыльки и пламя
(подстрочник с английского перевода Darbandi & Davis)
Однажды ночью собрались мотыльки,
Чтоб правду о свече постичь.
И вот решили: один из них летит,
Чтоб разузнать о тайне той.
Он долетел — вдали увидел он
Окно дворца, где жёгся огонёк,
Но ближе не подлетел: назад вернулся
И рассказал, что думал, что узнал.
Наставник мотыльков отвёл его:
«Он ничего не знает о огне».
Другой, смелее, в путь пустился,
Проник за двери дворца.
Он в aura пламени завис,
Дрожащий, робкий сгусток желания,
Потом вернулся — рассказать, как далеко был,
Что пережил и что увидел.
Наставник молвил: «Ты не носишь знаков
Того, кто понял, как свеча горит».
И третий вылетел — его полёт
Стал страстным ухаживанием за светом.
Он падал и взмывал, и в исступленье
Он сам и пламя слились в танце —
Огонь объял концы крыла, и тело, и главу,
Его существо светилось ярко-красным, полупрозрачным.
И когда наставник увидел этот всплеск,
Форму мотылька, растворённую в лучах,
Он молвил: «Он знает. Он знает правду, что мы ищем.
Ту скрытую, о которой мы не можем говорить».
Уйти за пределы всякого знания — значит найти
То понимание, что ускользает от ума.
И ты никогда не достигнешь желанной цели,
Пока сначала не перерастёшь и плоть, и душу.
Но если хоть часть останется, один волос —
Он утащит тебя назад и ввергнет в отчаянье.
Ни одному существу нельзя войти сюда,
Где всякая самость должна исчезнуть.

Полная версия притчи у Аттара (в «Беседе птиц») даётся в подстрочнике с английского перевода A. Darbandi и D. Davis (Penguin Classics, 1984). В этой версии мотылёк не просто сгорает — он проходит три стадии: увидеть издали, почувствовать жар и, наконец, слиться с пламенем. Наставник признаёт истину только за третьим.