2. Нина Берберова - роман Повелительница

2. Нина Берберова - роман «Повелительница»

Жанр: русская эмигрантская проза ХХ века, реализм, любовный роман, мелодрама

Дисклеймер:  все нижесказанное является плодом фантазии конкретного одинокого читателя.

Ну и второй роман Нины Берберовой вдогонку к Мысу бурь - это  совсем небольшой роман, вышедший в Париже в 1932 году, как мне показалось совершенно очаровательная и очень забавная книжка, подарившая мне к сожалению всего один весёлый вечер . «Мудрый ИИ» опять мне начал втирать нечто про опять ту  же невыносимо тяжёлую судьбу русского мигранта на далекой чужбине, но в этот раз я решительно послал его нахер, и не позволил ему сломать мне опять кайф от читаемой книги.

«Он был охвачен одной мыслью: увидеть наконец Лену всю, во весь рост, рядом с собой. Это случилось на одно мгновение, когда он прощался с Женей. Он увидел, что она высока, почти одного с ним роста, широкая в плечах и прямая. «Вероятно, рука то ее, — мелькнула мысль. — Запястье ее могло быть тоньше. Я никогда не смогу ее поднять».

В этот раз мы вместо трёх девочек из Мыса бурь имеем в качестве героев - трёх мальчиков, которые также живут в Париже и являются мигрантами из России, им всем примерно по двадцать лет. Это наш главный герой студент Саша, который живёт вместо с братом Иваном и его невестой Катей в одной комнате, кроме того, у нас есть друг и однокурсник Саши - Андрей. Сашу и Ваню недавно бросила мать, сбежав в Америку с мужиком, и поэтому Ваня и его Катя вкалывают как папы Карлы, один - грузчиком, другая - портнихой. А вот Саша не работает, он учится на адвоката. И на него вся у них надежда. Но все дело в том, что этот Саша обладают воистину потрясающей, как мне показалось гиперинфантильностью и мнительностью. Однако, этого мало, он вдобавок еще и очень миловидный и похож на девочку. Недаром его в детстве мама называла «доченькой», а на танцах когда не было партнёрши, он мог легко   выступить за девочку в паре.


«После обеда они пошли к набережной. Они пошли вдвоем, Саша и Катя, у обоих были свои мысли. Вечер был сух и ветрен.
— Ты опять домой? — заговорила Катя, — что-то ты тихий стал какой-то. Тебе бы огорчение какое-нибудь пережить, ей-Богу! Ты не скучаешь?
— По огорчениям?
— Я все думаю последнее время: хорошо бы тебе попасть в какую-нибудь переделку. Райский ты какой-то… Ты не ври мне, что это только снаружи, а внутри — буря и натиск. Я вижу: и внутри ты райский. А впрочем — учись.»

И вот его лучший друг Андрей вдруг знакомится с девочкой из очень богатой эмигрантской семьи Женей, которая, не долго думая пока её папа в командировке, приглашает Андрея и Сашу к себе домой на смотрины. Женечке всего девятнадцать лет, однако, оказывается, что у неё есть  старшая сестрёнка Леночка, которая аж на пять лет старше. И вот эта Леночка кажется нашим достойным парням уже сверхопытной и всезнающей женщиной. И вот эта Леночка и кладёт на нашего миленького Сашу свой искушённый глаз!!!
Однако, фантазии по поводу противоположного пола и самомнение у нашего пацана, я скажу «ого – го - го». Не просто бурные, а кое-где даже можно сказать и буйные.

«Возьмем житейский трафарет, — говорил он себе, жадно ища его, цепляясь за него. — Если Лена мне нравится, я должен сделать все, чтобы ее увидеть. — Он с радостью замечал косную обыденность этой фразы и продолжал: — Я могу позвонить ей по телефону и спросить, не хочет ли она пойти в воскресенье на выставку? Или я могу пойти к ней, нет — к ним, сказать: вы меня звали бывать у вас. Вот я»

Дальше мы, конечно же, имеем бурный роман, неуклонно катящийся на наклонной траектории.

«Он увидел ее с пером в руке, положившую пальцы левой руки на бумагу тем театральным движением, с которым иные женщины рождаются. И сейчас же он представил ее себе завтра вечером, выходящую к нему навстречу в домашнем платье, с теплыми ладонями и душистым дыханием, пустынную квартиру, темные комнаты в коврах. Он облокотился обеими руками о стол, спрятав письмо в карман, и увидел себя в зеркале.
Там был тот он, которому писала Лена, кого она любила, быть может, кого она искала. Он ждал и дождался — о, какое это было торжество! Кроме любви, была ведь еще игра: он играл и сыграл правильно; да, она ловила его, ему только оставалось в меру даваться ей в руки; он не ошибся: от него требовалось уметь вовремя сдаться.»

И даже после того, как оно это самое, наш милый Саша глубоко страдает, мечется воспалённый на уже собственной и горячей кровати от переизбытка чувств, и мучается от мысли, есть ли по настоящему высокой и настоящей эта любовь. И как же ему стыдно после тех роскошных будуаров за свою нищую и убогую обстановку бедного парижского студента. И самое главное - как скрыть от пламенного взора его Леночки (!) своих нищебродских, неотёсанных дурацких и необразованных родственников, таких же неустроенных и неприглядных как он сам.
И не разу в его «умненькую» головку не заглядывает (ну хотя бы мимоходом) простенькая мысль, что его просто поимели и оттрахали как смазливую милашку во все (блин, слово «дырка» тут определённо не подходит)  тяжкие … Хотя автор раскидала щедро по всему повествованию многочисленные намёки.
26.10.26