Красный флаг над Шумилино

(Вступление: звук далёкой, глухой канонады. Как эхо. Затем — медленный, тяжёлый шаг. Звук мокрой одежды, хлюпающей по грязи. Одинокий, низкий звук трубы, играющий не призыв, а сдержанный сигнал.)

Куплет 1
Двадцатый год. Прочноокопская станица.
Лето пахнет полынью, пылью и дождём.
Здесь не учили красиво молиться,
Здесь учили: за слово — ответим, живём.
Отец — плотник. Мать — у школьной доски.
В такой тишине не рождаются речи.
Он мерил не громкие фразы, а шаг,
И с юности взваливал груз на плечи.
Кавалерия. Школа. Учитель. Всё впрок.
Он лёгких путей для себя не искал.
Он просто всегда становился в свой срок
Туда, где нужнее. Туда, где беда.

Припев
Не для славы. Не для креста.
Просто мера — твоя верста.
Просто надо стоять, где рвётся,
Чтоб другие могли пройти.
Красный флаг над Шумилино.
Это не слово. Это — окно.
В ту победу, что пахнет кровью,
Грязью. И правдой. Одним на всех.

Куплет 2
Кавалерия. Бои под Москвой.
Там, где скорость решает, а нервы — как сталь.
Там он понял: чтоб быть головой,
Твоё слово должно быть твёрже, чем даль.
Пехота. Курсы. Взвод. Батальон.
Не ступеньки карьеры — а мера труда.
Если ты отвечаешь за целый полк,
Ты не имеешь права на «нет» и на «да».
Сорок четвёртый. «Багратион».
Земля дрожит, и небо — в огне.
Девятьсот тридцать пятый. Он вёл свой полк,
Словно эту землю знал сотни лет.

Куплет 3
Шумилино. Это не парад.
Здесь не смотрят, как ты красив и речист.
Здесь решает точный, выверенный ряд:
Где ударит снаряд, и где ляжет связист.
Артиллерия бьёт. Прямой наводкой — в дзот.
Пехота — плечом к плечу, не жалея плеч.
И группа в тылу. Чтоб сломать расчёт.
Чтоб врага из окопа навеки извлечь.
Красный флаг. Это не символ вдали.
Это точка на карте. Земная победа.
Это значит — мы всё-таки их перешли.
Это значит — за нами не будет следа.

Бридж
(Музыка становится прозрачной, страшной.)
Западная Двина. Июнь. Ледяная вода.
Не открытка. Не брод. А сплошная стена.
И он первым шагнул. Не по карте. Туда.
Где кипела, ревела, стонала волна.
На подручных средствах. Под пулей. Стоя в воде.
Он держал этот берег. Чтоб встали полки.
Он был ранен у Лепеля. В той борозде.
Но не вышел из строя. Зажав кулаки.
«Мне нужно держаться. Ещё. До конца.
Чтоб окоп закрепился. Чтоб встали бойцы».
И солдаты смотрели в черты его лица,
И вставали. И шли. Под свинцовые псы.

Припев
Не для славы. Не для креста.
Просто мера — твоя верста.
Просто надо стоять, где рвётся,
Чтоб другие могли пройти.
Красный флаг над Шумилино.
Это не слово. Это — окно.
В ту победу, что пахнет кровью,
Грязью. И правдой. Одним на всех.

Аутро
После — служба. И база в Сочи.
Не сидеть. Не жалеть. Не скулить.
Снова люди. Снова — рабочий.
Снова нужно. Снова — жить.
И до самого края, до самой черты,
Он всё слышал шаги. Он всё видел посты.
Тихий. Надёжный. Свой.
Просто державший строй.
(Тишина. Звук падающей капли воды.)


Сноска: Песня об Алексее Ивановиче Беспятове (1920–1989) — Герое Советского Союза, полковнике, командире 935-го стрелкового полка 306-й стрелковой дивизии. Родился в станице Прочноокопской (Краснодарский край). В 1941 году призван в армию, в 1942-м окончил курсы усовершенствования командного состава. Отличился в июне 1944 года в ходе Витебско-Оршанской операции: полк под его командованием форсировал Западную Двину, захватил плацдарм, обеспечив переправу дивизии, и одним из первых ворвался в Лепель. Был ранен, но остался в строю. Звание Героя Советского Союза присвоено 22 июля 1944 года. После войны продолжил службу, с 1968 года — в запасе, жил в Сочи.