Клинический случай. Глава 19

Глава 19. Моменты ветра.

Все разговоры о бывших - попытка пережить травмирующий период, но когда человеку хочется "переживать" - пережевывать это снова и снова - это мазохизм. Удовольствие,  получаемое от "травмы". Кайфы от воспроизведения травмирующих воспоминаний. Какой здесь простор для самолюбования. "Пожалейте меня, полейте меня!" Да, безусловно, на первом этапе выхода из кризиса, человеку необходимо делиться "печалькой", но сколько можно пествовать свое горе, полгода, год, два? Но не делать же смыслом своей новой жизни размазывание соплей по древу. И как быть с чувствами того, в кого мы "сливаем" свой негативный груз прошлых отношений? И как не застрять в этом болоте своей прошлой жизни, не важно была она счастливой или нет. За последние полтора года чему я только не научилась. Хотя не уверена, что точно научилась, но так это легко проверить, чтоб закрепить.  Легко отпускать людей. Это, как раз в стиле нового поколения, которые ни к чему не привязываются и ничего особо не ценят, кроме своего комфорта. Устроился на работу - не понравилось, свалил. Ну, конечно, ради этой работы не пришлось же учится в институте 6ть лет и еще пару лет в интернатурах-ординатурах. Сейчас все просто: обучение пару часов, и ты уже - специалист. Класс! Хотя еще в институте мы тоже думали, зачем мы тратим годы на то, что не будет приносить денег. Всем же нужны деньги и комфорт. Или не всем? Так вот, поколение детей, выросших в тепличных условиях, в кармашках или за пазухой у своих родителей, могут совершенно спокойно бросить непонравившуюся работу, и им абсолютно плевать, что на них рассчитывали, или кому-то другому отказали "в месте" ради них. И так же просто он разрывают отношения с друзьями и любимыми. Им важнее свой личный комфорт. А мы, весьма забавнейшее поколение: кто-то говорит, что мы -  "поколение, которое сперва боялось своих родителей, а теперь боится своих детей". И от части, это так. Мы выросли в абсолютно безопасной социальной среде. И с малолетства были предоставлены сами себе, пропадая целыми днями во дворах без какого либо родительского контроля. Контроль осуществлялся обычно глубокой ночью и мы получали "на орехи" за несделанное домашнее задание. В подростковом возрасте забота родителей заключалась в трех "НЕ": "Не пей!" "Не кури!" "Не шляйся!"  И все пропускалось мимо ушей. Мы выросли в безопасной среде, не просто с мирном небом над головой, а рядом с добрыми и порядочными советскими людьми. А когда в 1990 году время резко сменилось на "Лихие 90е", то привыкшие, что "солдат ребенка не обидит" мы как-то умудрились выжить. Не все, конечно. Те, кто не лез на рожон. Помню мое "опасное" лето 1992 года и мне 19 лет. И я - красавица. При том бог дал мне не тривиальную красоту, а что-то совсем не похожее ни на кого, и дал - мозги. В плане решения математических задач и энциклопедических знаний. Но при этом дал уникальную способность ввязываться в экстремальные ситуации, но при это всегда выходить сухой из воды. Так вот, июль 1992 года: я, "с большого бодуна", поссорившись с моим парнем, разбив коленки об асфальт, еду  в метро. Красивая, а после пьянок я всегда выглядела просто очаровательно, я бы сказала "зашибись", но цензура. Пять минут назад я еще рыдала. Не от боли в разбитом колене. Кстати, камешек от того падения до сих пор прячется там. А от "душевного горя" разбитой любви. Не важно, что я была сама виновата, что пока мой парень бегал мне за шоколадкой или жвачкой, не важно, пришел его друг Антон с бутылкой виски и мы успели за полчаса уговорить "литрушку".  Полы в квартире я домывала уже "на автомате", и когда явился "Облик" и сказал: "Что ж вы, демоны, делаете?!" Ну, конечно он сказал не так, а мол, что пока он бегал мне за подарочком, я тут пью с его другом. За высказанные претензии, он был послан в далекое эротическое путешествие с конечным пунктом из трех букв. Смешно, оказывается в 19ть мы тоже расставались легко. Ну, как расставались, когда у вас куча общих друзей и совместных планов месяца на три вперед, расстаться проблематично, но можно запросто игнорировать друг друга на этих вечеринках. Вопрос "просто не пойти", даже не стоял. Обязательно пойти! Пощекотать нервишки.  Что же я все время отвлекаюсь от эпизода  в вагоне метро. Так вот я, только что, выплакавшая тонну соленых слез и покачивающаяся из стороны в стороны, так как в пустом желудке плескается пол литра "«Black Jack"  Стою я такая и любуюсь своим отражением в стекле вагонных дверей с надписью "Не прислоняться", и автоматически делаю "словарный разбор" на суффиксы и приставки, вспоминаю происхождение глагола "слоняться", кстати, это весьма интересный момент, как толпа зевак еще при царе ходила за слоном, которого шах-падишах подарил российскому императору-государю. И привезли слона в Санкт-Петербург... Ну, стоп! Опять. И так, жаркое и пьяное утро, 13 го июля 1992 года и я в метро, ослепительно улыбаюсь своему личику в чернильное пятно на дверях. И вдруг, прямо в левое ухо мне прорычали" "Тысяча рублей" Не поднимая глаз на лысого урода, а зачем напрягаться, его отражения я видела в дверном стекле, я сделала шаг в противоположную от него сторону, на безопасное расстояние, сделав вид, что вообще его не слышала. А в голове сразу всплыли строчки из стихотворение Андрея Вознесенского «Пятьсот - за вечер. Тысячу - за ночь...»  Но питерская интеллигенция не продается! Бывшие советские "спортсменки-комсомолки" не могут стоять тысячу рублей. Хотя по тем временам "тысяча"  - это офигеть какие большие деньги, реально большие, при стипендии студента-медика - 40 рублей. Ну ка, посчитаем! Можно было пару лет безбедно прожить. Но, не в 1992, когда через пару месяцев цены взлетят, а впереди еще: деноминации, девальвации, кризисы, ваучеризация всей страны, "Санта Барбара" и "Богатые тоже плачут". Бывшие советские девочки были бедные, но гордые. Когда тебя принимают за проститутку, делай вид, что не слышала, и "взятки - гладки!"  Я продолжала мысленно читать Вознесенского, как обережную молитву, чтоб этот "новый русский" бандюган не вздумал ко мне обратится еще раз. Что только ради меня не делали мужчины: имя мое вырезали бритвой у себя на запястье (а мне потом приходилось кровь останавливать и бинтовать), сколько раз пытались бросаться с 12го этажа (тогда 12 этаж был самым высоким!), а сколько раз меня пытались купить, это наверное, через одного. Мне сразу вспоминался анекдот про Бернарда Шоу м английскую королеву:
- Наблюдая за нашей жизнью, говорит он, я пришел к неутешительному
выводу, что любая женщина продается.
- Что Вы такое говорите, возмущается королева. В нашей стране,
да даже в этой зале есть много честных и порядочных женщин, о которых
не только сказать, но и подумать такое нельзя.
- Да в том то и дело, что они только с виду такие - цену набивают.
- Ну неужто Вы и меня имеете в виду! - вспыхнула королева
Шоу с невозмутимым видом оглядывает ее и говорит:
- Десять фунтов, максимум пятнадцать.
- Как, за меня... меня, английскую королеву..., растерялась она
- Ну, вот видите, отвечает Шоу, Вы уже и торгуетесь.

И вот тогда, очень давно, я решила, что "Деньги - это бумага". Фантики. Понятно, что глупо "работая на конфетной фабрике, отказываться от конфет" И абсолютно понятно, что деньги нужны, и что они обеспечивают разный уровень комфорта, в зависимости от наличия их или отсутствия. Здоровье важнее, как выяснилось не всегда здоровье можно купить даже за большие деньги. А еще важнее психологическое  здоровье, и может в чем-то и право молодое поколение, что сразу пытается уйти оттуда, где становится плохо, где не ценят или не любят или заставляют работать. Понимаете ирония?! Ветер поменялся - улетели. Это же, по своему, прекрасно. Мы, счастливо привыкшие жить "в травме" и они, не допускающие исчезновения комфорта. Мы - привыкшие "Бороться и искать, найти и не сдаваться!" Они - "капучиночко на банановом молочке"  Не дай Бог, я никого не осуждаю! Меня, как-то жизнь долгие годы, оберегала от современных реалий "продажного мира"  И когда, я стала свободной и столкнулась "нос к носу" с современным миром, кто-то вероятно решил, что я погибну, но нет, моя живучесть иногда потрясает меня саму. Я не просто выжила - мне понравилось. На самом деле мир ни настолько изменился за годы моей изоляции и я очень быстро адаптировалась. Просто, как квест. Жизнь реально очень быстро проходит. Сегодня тебе 19ть, и кажется все впереди, просыпаешься - а тебе 54, но выглядишь на 32, а ощущаешь себя на 15ь,  а в соседней квартире мальчику - 58, а в душе - 13.  Встречаемся на балконе, чтоб перекурить этот мир и поржать. Мгновение ветра. Мой сосед-братан, каждый день спрашивает: "Сколько лет мы с тобой знакомы?" Спрашивает не потому, что забыл, а потому что это, как "Ущипни меня!" Мы знакомы с весны 1985. Тогда никто не мог представить, что молоко может быть банановым или миндальным или овсяным. Молоко было просто молоком. Но мир меняется, и люди меняются. Да, очень плохо, что сейчас никто ни кем не дорожит, и что этот яд попал и мне в кровь. Меня учат, что расставаться надо легко, и я учусь.  Меня учат, что мгновения счастья - это, как мгновения ветра: раз и прошло. И мои попытки быть все время счастливой - это абсурд! А у меня получается. Я счастлива! И я тоже учу: учу, если людям хорошо вместе, то не надо расставаться, - надо поговорить и услышать. Жизнь, проносится со скоростью света, - не надо пытаться удерживать того, кто не хочет или не может быть сейчас рядом с вами, но если вы оба хотите быть вместе - надо "быть. Или не быть. Вот в чем вопрос?"  Я назвала эту главу "Моменты ветра"  Я тоже в 19ть была ураганом: Блеснула и улетела, вспыхнула и умчалась. Иногда, оставляя за собой руины. Я ни кого не жалела, и меня никто не жалел. Я была ветром. И они, все - ветер. Ничего не меняется в этой Вселенной. Только уровень комфорта.

26.10.2026 год  20.58.  Иллона А...