Проповедник

Стояли горы – тысячи домов,
Из трещин свет стекал на мостовые;
Сквозь лес ветвей и паутину снов
Тянулись нити солнца, как живые.
 
Шёл Проповедник, жаждущий пути,
И старые мечты ронял устало;
Он пел о том, что нужно обрести,
Чего ещё на свете не бывало.

Моря дорог шумели, не стихая,
И реки мыслей растворялись в них;
В овраге тесном, имена сплетая,
Любовь хранила память о живых.

Он знал: любовь тасует имена,
И в их стекле не видно отраженья;
Он знал, кого запомнят времена,
А кто исчезнет прежде пробужденья.

В его библиотеке – столько книг,
Что счесть их до конца никто не смел;
В них замысел был жив, но гас в тот миг,
Когда за край страниц уйти хотел.

Его призыв сквозь гул ночной летел,
Гася безмолвье улиц и преданий;
Но слышал крик лишь тот, кто оглохел*
От множества несбывшихся желаний.

Он устал быть – но было что сказать,
И что-то в нём по-прежнему пылало;
Он устал говорить – что показать,
Когда за словом тела не бывало?

И высохли моря, пусты аллеи,
Ушли все реки с древних берегов;
Остались лишь голые идеи
Под тенью обезлюдевших домов.