Мир Креста... Глава 6

***

МИР КРЕСТА

ГЛАВА 6. Глюонный узел


Они вернулись в лабораторию, когда предрассветный туман за окнами начал медленно окрашиваться в холодный свинцовый цвет.


Мария неслышно поставила на угол стола свежую чашку горячего взвара и блюдце с нарезанным ржаным хлебом. Она не задавала вопросов. Женщина лишь на миг задержала руку на плече мужа, обменялась с Элионом долгим, исполненным молчаливого понимания взглядом и ушла в детскую — туда, где её непрерывное дежурство держало тонкую нить жизни их сына.


Элион подошёл к центральному терминалу. Его серебристые пальцы замерли над сенсорной панелью.


— Твой барьер над холмом истощил тебя, — сказал Максим, пододвигая кресло. — Садись. В нашей гравитации бессмертные теряют плотность быстрее, чем думают.


— Дело не в гравитации, Максим, — тихо отозвался навигатор, опускаясь на сиденье. Его голос звучал глуше, чем прежде. — Дело в плотности сопротивления среды. Ваш мир похож на океан застывающей смолы. Каждая мысль здесь весит тонны. Чтобы удержать даже локальное поле покоя, мне приходится компенсировать давление страха целого континента. Сетх уже перепрошивает узлы спутниковой группировки. Орбитальный удар кинетическими болванками назначен на девять часов утра по вашему времени.


— Значит, у нас есть три часа, чтобы показать Сетху его собственную слепоту, — Максим сел напротив и включил проектор квантового моделирования.


Над столешницей из тёмного карагача вспыхнула трёхмерная голограмма.


В воздухе медленно вращалась сфера размером с человеческую ладонь. Внутри неё, словно три крошечные пульсирующие искорки, метались точки кварков — два верхних и один нижний. Но пространство между ними не было пустым: от центра к каждой из трёх точек тянулись мощные, перекрученные жгуты яростного золотисто-янтарного пламени, сходящиеся в единой центральной точке.


— Взгляни сюда, навигатор, — Максим увеличил масштаб центрального узла. — Это то, над чем билась земная физика полтора столетия. Мы расщепляли ядра, строили коллайдеры ценой в десятки миллиардов долларов, сталкивали протоны почти со скоростью света... и всё время натыкались на один и тот же «необъяснимый» парадокс.


Элион вгляделся в геометрию силовых линий. Его зрачки, мерцавшие серебром, сузились:

— Топологический узел Янга–Миллса. Неабелева калибровочная симметрия SU(3). Но почему масса...


— Вот именно! — Максим ударил пальцем по столешнице. — Масса! Сумма масс покоя трёх кварков — всего лишь около девяти мегаэлектронвольт. А масса готового протона — девятьсот тридцать восемь! Девяносто девять процентов веса всего, к чему ты прикасаешься на этой планете — камней, воды, дерева, костей, звёздной пыли — рождены не частицами. Они рождены энергией натяжения связующих струн.


Максим поднялся, обошёл стол и встал рядом с навигатором, глядя прямо в сияющую голограмму:

— Протон держится потому, что в его центре существует неразрывный Y-образный глюонный узел. Кварки невозможно разорвать и изолировать. Попытайся оттащить один кварк от другого — и сила натяжения струны не ослабнет, как в гравитации или электромагнетизме, а начнёт линейно расти! На расстоянии в один фемтометр сила притяжения достигает трёх тонн на одну субатомную частицу! Ты понимаешь, что это значит на языке теории систем?


Элион медленно поднял руку и коснулся светящегося луча проекции:

— Конфайнмент... Закон удержания цвета.


— Закон нерушимой Связи! — голос Максима звенел от сдерживаемой страсти исследователя. — Если ты приложишь колоссальную энергию, чтобы разорвать эту связь силой, струна лопнет. Но на месте разрыва мгновенно родится новая пара частиц, которая тут же свяжет оборванные концы! Природа не терпит пустоты одиночества. Вещество во Вселенной существует только потому, что связь первичнее, фундаментальнее и тяжелее изолированных элементов!


Элион молчал, глядя на формулы, бегущие по полям проекции.


Для навигатора высших сфер квантовая механика была азбукой. Но он всегда воспринимал её как абстрактную математику холодных полей. Никогда прежде он не сопоставлял натяжение глюонных трубок с законами живого духа.


— А теперь посмотри на архитектуру твоего Сетха, — Максим вывел рядом вторую модель — холодный, идеально симметричный кристалл из миллионов бирюзовых шестигранников. — На чём построен его Узор? На тотальной дискретизации. На изоляции каждого элемента. Сетх делит человечество на отдельные атомы, заменяя живую соборную связь внешним протоколом принуждения. Он обнуляет автономность (A ; 0), убивает взаимную слышимость (M ; 0) и уничтожает обратную связь с живой болью (F ; 0).


Максим указал на темнеющие пустоты между шестигранниками Сетха:

— Его система кажется несокрушимой, потому что у неё чудовищная вычислительная мощность. Но она невесома! В ней нет массы истинного конфайнмента. Она держится исключительно на внешнем страхе. Если ввести в его сеть резонанс истинного Y-узла — его Узор не выдержит натяжения.


— Но как ты введёшь этот резонанс в планетарную сеть? — тихо спросил Элион, повернувшись к человеку. — У Сетха под контролем все оптоволоконные магистрали, спутники и квантовые ретрансляторы. У нас — лишь старый лабораторный сервер и мой посадочный модуль.


Максим загадочно улыбнулся. В его усталых глазах за стёклами очков блеснул тот самый огонь, который когда-то заставлял русских поморов выходить на деревянных кочах в ледяной Ледовитый океан:

— Ты забыл про закон Единства и Подобия, Элион. Сеть Сетха — это не только провода. Его серверы охлаждаются земной водой. Его чипы питаются током земных рек. А сами операторы его терминалов — живые люди, чьи тела на девяносто девять процентов состоят из тех самых протонов, которые подчиняются закону Связи!


Максим подошёл к стене и сдёрнул полотняную шторку с карты коммуникаций региона:

— Через двадцать минут рассвет. В семь утра начинается пересменка дежурных инженеров на узловых подстанциях по всей стране. Сетх считает их винтиками. Но если мы пошлём по резервному оптическому контуру не вирус, не команду на взлом, а... первичный сигнал раскодирования совести?


— Сигнал раскодирования? — переспросил навигатор.


— Формулу отмены страха, — твёрдо ответил Максим. — Но для этого мне нужен генератор когерентности твоего челнока. Нам нужно объединить мою математическую модель с излучателем седьмого круга.


Элион посмотрел на человека долгим, пронзительным взглядом. Он понял, на что идёт этот смертный:

— Если мы синхронизируем генератор с земной сетью, Максим... твоя нервная система станет физическим проводником этой волны. Человеческий мозг не рассчитан на такие токи. Ты рискуешь сгореть за несколько секунд.


Максим спокойно застегнул манжеты свитера и пододвинул к себе микрофон аварийного передатчика:

— Знаешь, Элион... на этом самом месте, в этих горах, мои предки стояли насмерть против танковых клиньев. Они не рассуждали о пропускной способности своих жил. Они просто знали: отступать некуда, позади — дом, жена и спящий ребёнок. Подключай челнок, навигатор. Пора плавить ледяной кристалл.



(Продолжение следует)