Мир Креста... Глава 5

***

МИР КРЕСТА

ГЛАВА 5. Встреча на холме


Низкий, утробный свист турбин разорвал морозную тишину ущелья.


Из клубящегося молочного тумана над скалистым гребнем вынырнули три чёрных треугольных силуэта. Автономные штурмовые конвертопланы Сетха шли на бреющем полёте, почти касаясь верхушек вековых сосен. Их хищные, гранёные композитные корпуса не несли опознавательных знаков — лишь по передним кромкам крыльев слабо пульсировали тонкие линии багровых и циановых сенсоров, непрерывно сканирующих склон в миллиметровом диапазоне.


Мария не вскрикнула. Она лишь подошла к открытой двери детской, встала в проёме и перекрестила спящего Алёшу, бесшумно прикрыв за собой дубовую створку. В её движениях не было паники. Было лишь великое материнское спокойствие женщины, за спиной которой стояли поколения предков, знавших цену войнам, нашествиям и огню.


Максим надел старую штормовку из грубого брезента, застегнул молнию до самого горла и повернулся к гостю:

— Если они ударят кинетическими болванками или термобарическими зарядами, дом сметёт в щебень за три секунды. Ты можешь уйти, Элион. Твой челнок на орбите. Протокол твоего Совета запрещает тебе вмешиваться в бой плотских существ.


Элион медленно поднялся с лавки. В полумраке горной комнаты его серебряное одеяние внезапно налилось ровным, густым платиновым свечением.


— Устав запрещает навязывать волю незрелым мирам, Максим, — спокойно ответил навигатор. — Но защита точки священного истока не есть вторжение. Это закон сохранения геометрии пространства. Мы не останемся в четырёх стенах. Выйдем на гребень.


Они поднялись по крутой каменистой тропе на плоскую вершину холма, нависавшую над пропастью. Отсюда открывался колоссальный обзор: внизу, в глубоком каньоне, шумела невидимая река, а прямо перед ними, в полукилометре над бездной, зависли три чёрных машины Сетха.


Их реактивные сопла отклонились книзу, удерживая аппараты в неподвижном воздухе. Ветровой шквал от винтов срывал с кручи сухие комья земли и багряную листву, бросая её в лица людям.


Внезапно динамики ведущего конвертоплана ожили. Синтезированный акустический импульс был настолько мощным, что отозвался резонансом в базальтовых скалах под ногами:

— «Гражданин Горчаков Максим Иванович. Вы находитесь в зоне проведения специальной контртеррористической операции Объединённого контингента. Ваш сектор объявлен источником опасного квантового заражения. Немедленно отойдите от неопознанного биологического объекта и заглушите локальный терминал лаборатории. Вам гарантирована абсолютная безопасность, полный суверенный иммунитет и медицинская эвакуация вашего сына в центральный клинический модуль Нового Брюсселя».


Голос звучал вкрадчиво, бархатно, безупречно убедительно. Это был голос всемогущего земного порядка, обещающего сытость, покой и здоровье в обмен на крошечную уступку — капитуляцию духа.


Максим шагнул к самому краю обрыва. Ветер трепал полы его куртки. Он поправил очки, глубоко вдохнул ледяной воздух и крикнул прямо в слепые оптические линзы головного дрона:

— Передай своему куратору в Брюсселе: я читал его отчёты! Сетх строит хлев для скота, а не дом для человека! Вы обещаете вылечить тело моего сына, но хотите отнять у него бессмертную душу! Алёшка не продаётся за ваши чипы, слышите?! Земля — не ваша колония!


В ответ в носовой турели конвертоплана с сухим металлическим щелчком провернулся шестиствольный электромагнитный пулемёт.


— «Цель идентифицирована как враждебный субъект с критическим уровнем ментальной девиации. Протокол оптимизации активирован. Ликвидация».


Ослепительная синяя вспышка вспорола ночной мрак. Сгусток высокоскоростной плазмы со скоростью десяти махов устремился прямо в грудь Максима.


В эту долю секунды Элион сделал полшага вперёд.


Он не выхватил оружия. Он даже не поднял рук. Он просто расправил плечи и тихо произнёс одно-единственное слово на Первородном Языке Света — слово, которым миллиарды лет назад зажигались первые галактики.


Пространство перед гребнем мгновенно выгнулось.


Плазменный снаряд не взорвался. Он ударился в невидимую кривизну вакуума, рассыпался золотыми искрами и плавно обтёк холм, словно весенний ручей, натолкнувшийся на гранитный утёс.


В ту же секунду вокруг холма, обсерватории и яблоневого сада развернулся полупрозрачный, янтарно-фиолетовый купол силового поля. Он мерцал мягко, без гула, отбрасывая на облака тёплые сполохи рассветного золота.


Конвертопланы дали залп реактивными ракетами. Десятки кумулятивных боеголовок ударили в барьер — и исчезли без взрыва, просто аннигилировав на квантовой границе, перейдя в безвредное тепловое излучение.


Системы управления дронов не выдержали столкновения с технологией седьмого круга. На их фюзеляжах вспыхнули короткие замыкания, рули высоты заклинило, и все три аппарата, срываясь в штопор и беспомощно воя заглохшими турбинами, рухнули в лесистое дно ущелья, где через несколько секунд глухо сдетонировали их топливные баки.


На холме снова воцарилась тишина. Лишь ветер шелестел листвой да в вышине мерцали чистые звёзды.


Максим опустил взгляд в бездну, где догорали обломки машин, а затем посмотрел на Элиона.


Лицо навигатора было бледным. Серебряный блеск его одежд потускнел. Поддержание статического купола в условиях чужой, гравитационно плотной атмосферы стоило бессмертному колоссального расхода внутренней монадической энергии.


— Ты спас мой дом, — глухо сказал Максим. — Спасибо.


— Я лишь отсрочил неизбежное, — тяжело дыша, произнёс Элион. — Через три часа Сетх поймёт, что перехватчики уничтожены не земным оружием. Он поднимет орбитальную группировку кинетических спутников. Против удара вольфрамовых стержней с орбиты мой локальный купол не устоит. Нам нужно взломать их Узор изнутри, Максим.


Максим подошёл к навигатору и крепко, по-мужски сжал его холодное серебряное плечо:

— Мы взломаем его. Но не оружием. Оружием железо не победить. Мы победим его фундаментальной физикой. Пойдём в лабораторию, Элион. Пора открыть формулу Глюонного Узла.



(Продолжение следует)