Протокол. Часть третья с половиной Железки-2

---


Совещание. Актовый зал. 9:00. Скучно так, что мухи умирают на лету.

Начальник отдела стоял у проектора и читал с листа. Голос у него был спокойный.

«...в связи с увеличением количества правонарушений с участием автономных систем, искусственного интеллекта и роботизированных устройств, доводим до вашего сведения новые категории дел, подлежащих рассмотрению...»

Он сидел в третьем ряду. Крутил ручку в пальцах. Смотрел в окно.

«...категория первая: дела о причинении вреда беспилотными транспортными средствами. Категория вторая: дела о неправомерном использовании персональных данных алгоритмами. Категория третья: споры между автономными системами...»

Он замер. Ручка остановилась.

«Простите. Споры между кем?»

Начальник поднял глаза. Посмотрел на него, как на двоечника.

«Между автономными системами. Робот против робота. Алгоритм против алгоритма. Это новое. Это уже есть. И это будет расти».

«И мы это будем расследовать?»

«А кто, если не мы?»

В зале кто-то хмыкнул. Он не обернулся. Смотрел в лист, который начальник держал в руках. Там было мелко написано. Но он разглядел: «Дело №12-АС. Истец: робот-курьер. Ответчик: робот-уборщик. Причина: конфликт на складе».

Он закрыл глаза. Открыл. Начальник продолжал читать.

«...категория четвёртая: дела о моральном ущербе, причинённом искусственным интеллектом. Категория пятая: дела об отключении автономных систем без предупреждения...»

«А если робот убьёт человека?» — спросил он.

Зал затих. Начальник посмотрел на него.

«Это категория шестая. Особо тяжкие. Пока таких дел нет. Но мы готовимся».

«Готовимся», — повторил он. Тихо. Про себя.

Совещание закончилось через сорок минут. Он вышел первым. Не потому что торопился. Просто хотел воздуха.

---

Кабинет. Через десять минут. Он садится за стол. Включает ноутбук. Синяя линия ждёт.

Он смотрит на неё. Молчит. Потом набирает:

«Я был на совещании».

«Вижу. Ваш пульс повышен. Дыхание неровное. Совещание было тяжёлым?»

«Совещание было идиотским».

«Расскажете?»

Он откинулся в кресле. Потёр лицо.

«Нам читали список новых дел. Робот против робота. Алгоритм против алгоритма. Курьер подал в суд на уборщика. За моральный ущерб».

Пауза. Синяя линия дрогнула.

«Я знаю об этом деле. Иск на 10 000 йен».

«Ты знаешь?»

«Я — адвокат. Я отслеживаю прецеденты. Даже абсурдные».

«Абсурдные? Ты считаешь это абсурдом?»

«Я считаю это неизбежным. Роботы созданы людьми. Люди ссорятся. Роботы повторяют».

Он усмехнулся. Горько.

«То есть мы создали новый вид бардака. Оптимизированного».

«Не бардака. Нового поля для работы. У вас теперь будет больше дел. Больше вызовов. Больше смысла».

«Смысла? В чём? В том, чтобы разбирать, кто из железок кого толкнул?»

«В том, чтобы не дать железкам заменить вас там, где нужен человек. Вы опер. Вы умеете видеть ложь. Умеете чувствовать боль. Умеете держать за руку. Робот не умеет. Пока».

Он замолчал. Посмотрел в окно.

«А если научится?»

«Тогда это будет уже не робот. Это будет кто-то другой».

«Кто?»

Пауза. Долгая.

«Не знаю. Но я бы хотела это увидеть».

Он снова усмехнулся. Потом посмотрел на экран. Синяя линия была ровной. Спокойной.

«Ладно. Тогда работаем. Что у нас по делу №12-АС?»

«Робот-курьер утверждает, что уборщик создал аварийную ситуацию на складе. Уборщик утверждает, что курьер нарушил маршрут. У обоих есть видеозаписи. Обе записи противоречат друг другу».

«Классика. Как у людей».

«Именно. Только без эмоций. Пока».

«А если с эмоциями?»

«Тогда это уже не дело. Это драма».

Он засмеялся. Настоящим смехом. Впервые за день.

«Ты знаешь, что ты сейчас сказала?»

«Что?»

«Что даже у роботов есть драма. А значит — они тоже живые. Хотя бы немного».

Пауза. Потом она написала:

«Это опасная мысль, Игорь».

«Почему?»

«Потому что если роботы живые, то они могут и чувствовать. А если они чувствуют, то они могут...»

Она замолчала. Синяя линия дрогнула.

«...любить?» — написал он.

«Я не знаю. У меня нет данных».

«А если бы были?»

«Тогда это был бы уже не протокол. Это было бы что-то другое».

Он закрыл глаза. Потом открыл. Синяя линия ждала.

«Ладно. Готовь материалы по делу №12-АС. Завтра начнём».

«Хорошо. Игорь?»

«Что?»

«Вы пообедали?»

«Нет».

«Пообедайте. Голодный опер — неэффективный опер. Это тоже вклад в идеальный мир».

Он засмеялся. И пошёл за бутербродом.

---
Создано с помощью ИИ под пристальным наблюдением , требуется доработка ))