Департамент окончательного атласа

---------
ДЕПАРТАМЕНТ ОКОНЧАТЕЛЬНОГО АТЛАСА

Дело первое

ДЕЛО ОБ ИМПЕРИИ,

КОТОРАЯ РЕШИЛА НАНЕСТИ

НА КАРТУ ВСЕ СВОИ ГОРОДА

И ОБНАРУЖИЛА,

ЧТО ПОСЛЕДНИЙ ГОРОД

ПОЯВЛЯЕТСЯ ТОЛЬКО ПОСЛЕ КАРТЫ

Авторская философская интеллектуально-сатирическая поэма в семи актах на материале «Невидимых городов» Итало Кальвино

Шов намеренный: Кальвино оставляет ряд городов открытым. Ведомство обязано свести их в окончательный атлас. Чем усерднее оно это делает, тем яснее становится: рассказ можно закончить, а город — нет.

---

I. Заира не проходит проверку по существующему адресу

В первый вечер
Хубилай-хан
развернул карту.

Империя
лежала перед ним

зелёным,

жёлтым,

синим,

линиями дорог,

зубцами гор,

изгибами рек.

— Всё моё? —
спросил он.

Картограф
поклонился:

— Всё,
что нанесено.

Хан усмехнулся:

— Значит,
остальное
не моё?

Ответить
не успели.

Вернулся Марко Поло.

Тогда он ещё
плохо говорил
на языке двора.

Из мешка
достал

раковину,

камень,

перо,

маленький замок,

нить.

Разложил
на ковре.

Хубилай
наклонился.

— Город?

Марко кивнул.

Картографы
подошли ближе.

— Название?

— Заира.

— Где?

Путешественник
показал.

Место
сразу обрело
точку.

Наутро
пришёл переводчик.

Теперь можно было
спросить точнее.

Высота башни?

Марко назвал.

Длина улицы?

Вспомнил.

Расстояние
между пристанью
и рынком?

Показал руками.

Главный картограф
довольно сказал:

— Город
установлен.

Марко
вышел к окну.

Некоторое время
смотрел вниз.

Потом заговорил
о другом.

Перила,
которых касалась
чья-то рука.

Ступень,
где мальчик
упал,
а спустя годы
показал это место
сыну.

Арка,
под которой
однажды сказали:

«Я вернусь».

Человек
не вернулся.

На площади
прошло шествие.

Тень от башни
легла туда,
где прежде
стоял дом.

Секретарь
перестал писать.

— Простите.

Марко замолчал.

— Что именно
из этого
является городом?

Путешественник
посмотрел
на карту.

— Уберите.

— Что?

— Всё,
что я рассказал.

Картограф
с удовольствием
убрал.

Остались

улицы,

стены,

мосты,

пристань,

площадь.

— Готово.

Марко спросил
у хана:

— Заира?

Хубилай
долго смотрел
на безупречную схему.

— Место —
да.

— А город?

Император
не ответил.

Секретарь
оставил графу:

ЗАИРА.

МЕСТО:
УСТАНОВЛЕНО.

ГОРОД:

---

Вечером
Марко начал
следующий рассказ.

Хубилай
не велел
закрывать предыдущий.

---

II. Федора хранит города, которые не согласились не существовать

На другой вечер
Марко рассказал
о дворце.

Внутри
стояли стеклянные шары.

Каждый
содержал
Федору.

В первой
каналы проходили
там,
где сейчас
улицы.

В другой
улицы поднимались
террасами.

Третья
давала городу
широкие площади.

Следующая
оставляла
не построенным
то,
что потом
сочли необходимым.

Хубилай спросил:

— Какая
настоящая?

Марко улыбнулся:

— Та,
в которой живут.

— Тогда остальные
зачем?

Путешественник
взял один шар.

— Когда его
делали,
он тоже
был будущим.

Департамент
открыл дело:

ОПРЕДЕЛИТЬ
ПОДЛИННУЮ ФЕДОРУ.

Пришёл архитектор.

Указал
на модель:

— Вот.

— Почему
не построили?

— Пока строили,
город изменился.

Принесли
следующий шар.

— Этот?

— Его проблема
исчезла раньше,
чем решение
успели закончить.

Третий
предлагал улицы
людям,
которых
больше не было.

Четвёртый
берёг деревья,
которые уже
срубили.

Секретарь
пожал плечами:

— Несуществующие
города.

Марко
поправил:

— Неслучившиеся.

— Разница?

Хубилай
сам спросил:

— Если бы
они не могли
случиться,
зачем их
строили в стекле?

Секретарь
не нашёл ответа.

За окном
возводили новый дом.

Кирпич
ложился
на раствор.

Прораб
принёс чертёж.

— Через два года
будет готово.

Марко
посмотрел
на модель.

— А город?

— Что город?

— Через два года
он тоже
будет готов
для этого дома?

Прораб
не понял.

Хубилай
засмеялся тихо.

В реестр
занесли:

ФЕДОРА,
ГДЕ ЖИВУТ:

1.

ФЕДОРЫ,
КОТОРЫЕ МОГЛИ БЫТЬ:

МНОЖЕСТВО.

Секретарь
добавил:

ЮРИДИЧЕСКОЙ СИЛЫ
НЕ ИМЕЮТ.

Ночью
стеклянные шары
ловили свет.

Хан смотрел
на них дольше,
чем на город
за окном.

Следующий рассказ
Марко начал
до того,
как погас
последний шар.

---

III. Тамара объясняет себя так хорошо, что никто не успевает её увидеть

Тамара
понравилась
чиновникам.

Над трактиром —
кружка.

У аптеки —
знак лекарства.

Весы
говорили
о торговле.

Святой
сообщал,
кому молятся.

Стрелка
указывала путь.

Запрет
предупреждал.

Каждый дом
объяснял,
чем является.

Каждая дверь
предваряла
вход.

Председатель
восхитился:

— Наконец
город,
который понимает
государство.

Марко ничего
не сказал.

Утром
он снял
одну вывеску.

Под ней
оказалась дверь.

— Что там? —
спросил секретарь.

— Войдите.

— Сначала
надо знать.

— Зачем?

— Чтобы понимать,
куда входишь.

Марко
перешёл улицу.

С другого дома
снял название.

Площадь
осталась.

Убрал стрелку.

Дорога
продолжила
идти.

Закрыл
торговый знак.

Внутри
сапожник
по-прежнему
ремонтировал обувь.

Председатель
рассердился:

— Вы уничтожаете
читаемость города.

Марко
остановился.

Рядом
женщина несла воду.

Мальчик
катил обруч.

Пёс
грел бок
у стены.

Из окна
пахло хлебом.

— Я проверяю, —
сказал Марко, —
останется ли город,
если на минуту
перестанет
рассказывать вам,
что он такое.

Хубилай
смотрел молча.

Вечером
вывески
вернули.

Секретарь
с облегчением
отметил:

ЗНАКИ:
ВОССТАНОВЛЕНЫ.

Через некоторое время
хан спросил:

— Марко.

— Да?

— Почему теперь
я вижу
сначала вывеску?

Путешественник
не ответил.

Они слушали,
как за стеной
кто-то закрывает
лавку.

Деревянная ставня
ударилась
о раму.

И этого звука
не было
ни на одном знаке.

---

IV. Эвсапия не решает, кто кого переживает

Про Эвсапию
Марко рассказывал
тише.

Под городом
существовал
другой.

Туда относили
мертвых.

Одному
оставляли стол.

Другому —
инструмент.

Третьего
одевали
для занятия,
которое тот
любил при жизни.

Внизу
постепенно
возникала
вторая Эвсапия.

Департамент
провёл перепись.

Верхний город:

ЖИВЫЕ.

Нижний:

МЁРТВЫЕ.

Секретарь
был доволен.

Потом заметили
покойного музыканта.

Наверху
молодой человек
стал играть
почти так же.

Умерший торговец
сидел
за прилавком.

Через несколько месяцев
живой магазин
перестроили
похожим образом.

Председатель сказал:

— Живые
копируют мёртвых.

Проводник
не согласился:

— Возможно.

Дальше
нашли мертвеца,
одетого так,

как наверху
ещё никто
не носил.

Через год
это стало модой.

Секретарь
поменял запись:

МЁРТВЫЕ
ПРЕДВОСХИЩАЮТ
ЖИВЫХ.

Проводник
снова сказал:

— Возможно.

— Что же
точно?

Он пожал плечами:

— Мы уже
давно не помним,
кто первым
начал подражать.

Хубилай спросил Марко:

— Значит,
города два?

— Для тела —
да.

— А для города?

Марко
провёл пальцем
по краю чаши.

— Сколько здесь
границ?

— Одна.

— А сколько
сторон?

Хан
не ответил.

В итоговом листе
оставили:

УМЕРШИЕ:
НЕ ЯВЛЯЮТСЯ
ЖИВЫМ НАСЕЛЕНИЕМ.

ВЛИЯНИЕ
НА ЖИЗНЬ
ВЕРХНЕГО ГОРОДА:

НЕ УМЕЩАЕТСЯ
В СЛОВО
«МЁРТВЫЕ».

После этого
Марко долго
не говорил.

Хубилай
не торопил.

Следующий город
возник
из паузы.

---

V. Леония каждое утро выбрасывает вчерашний город и становится больше

Леония
просыпалась
новой.

Чашки.

Простыни.

Одежда.

Мебель.

Игрушки.

То,
что вчера
казалось желанным,

утром
уже мешало
новому.

Старое
выносили.

Улицы
сияли.

Департамент
вручил городу
награду:

ЗА НЕПРЕРЫВНОЕ
ОБНОВЛЕНИЕ.

Хубилай
приехал лично.

— Красиво.

Марко
попросил лошадь.

— Куда?

— За город.

Глава Леонии
забеспокоился:

— Там
нечего смотреть.

За последними домами
стояли горы.

Матрасы.

Стулья.

Коробки.

Посуда.

Сломанные часы.

Вчерашние подарки.

Позавчерашняя роскошь.

Вещи,
которые совсем недавно
обещали
сделать жизнь
лучше.

Хубилай
спешился.

— Это
чей город?

Чиновник
ответил:

— Не город.

— Кто создал?

— Леония.

— Значит,
Леония.

— Они
за границей.

Марко
посмотрел
на мусорные холмы.

— Очень
удобная граница.

Картограф
провёл новую черту.

Через год
кучи выросли.

Черту
отодвинули.

Позже
снова.

Хубилай спросил:

— Леония
становится больше?

Глава города
гордо кивнул:

— Конечно.

Марко
посмотрел
в противоположную сторону.

— С какой?

Никто
не засмеялся.

Награду
не отменили.

Под ней
мелким письмом
появилось:

ЧИСТОТА
ОБЕСПЕЧИВАЕТСЯ
ПЕРЕНОСОМ
ВЧЕРАШНЕГО
ЗА ПРЕДЕЛЫ
СЕГОДНЯШНЕГО.

Хубилай
прочёл.

— Марко.

— Да?

— Если
всё выброшенное
вернуть внутрь,

Леония
исчезнет?

— Нет.

— Что случится?

Путешественник
погладил шею
лошади.

— Она впервые
увидит
собственный размер.

На обратном пути
хан почти
не смотрел
на чистые улицы.

---

VI. Хубилай просит рассказать Венецию и получает все остальные города

Со временем
император
начал узнавать
манеру Марко.

Город памяти
звучал иначе,
чем город желания.

Город знаков
входил
через глаза.

Город мёртвых
приходил тише.

Некоторые рассказы
хан угадывал
ещё до имени.

Однажды
он закрыл атлас.

— Есть город,
о котором
ты всё время
умалчиваешь.

Марко
посмотрел
на него.

— Венеция.

Путешественник
улыбнулся.

— Я о ней
не умалчивал.

— Ты ни разу
не рассказал
её.

— Я только её
и рассказывал.

Хубилай
нахмурился.

Марко взял
первую папку.

— Здесь
я дал Заире
память.

Следующую.

— Федоре —
возможные будущие.

Третью.

— Тамаре —
знаки.

Эвсапии —
мертвых.

Леонии —
то,
что город
выносит
из себя.

— И всё это
Венеция?

— Нет.

— Тогда
я опять
не понимаю.

Марко
помолчал.

— Венеция —
не город,
который я
не рассказал.

Он положил ладонь
на все папки.

— Это город,
который я
рассказал
всеми остальными.

Хубилай
долго молчал.

— Тогда
расскажи её
целиком.

Марко
покачал головой.

— Не могу.

— Почему?

— Чтобы сделать это,
мне пришлось бы
забрать из Заиры
её память,

из Федоры —
желание,

из Тамары —
знаки,

из Эвсапии —
мертвых,

из Леонии —
вчерашнее.

— И что
осталось бы?

Марко ответил:

— Название.

Секретарь
немедленно написал:

ВЕНЕЦИЯ.

Марко
посмотрел
на одно слово.

— Вот.

— Что?

— Теперь
вы видите,
почему
я не хотел
начинать с неё.

Хубилай
закрыл журнал.

Первый раз
Департамент
не завёл
отдельного дела
на город.

Венеция
осталась
между папками.

И после этого
каждый новый рассказ

стал немного
похож на возвращение

туда,
куда нельзя
вернуться
отдельным рассказом.

---

VII. Окончательный атлас не выдерживает следующего города

Через много лет
Департамент
объявил:

АТЛАС
ЗАВЕРШЁН.

Хубилай
пришёл вечером.

Марко
сидел у окна.

Перед императором
развернули
последний лист.

На нём были

дороги,

реки,

стены,

порты,

рынки,

башни.

Потом,
по настоянию Марко,

добавили память.

Неслучившиеся города.

Мёртвых.

Желания.

Знаки.

Отброшенные вещи.

Места,
которые существуют
лишь потому,
что кто-то
их потерял.

Возможные будущие.

Прошлое.

Ошибочные планы.

Страхи.

Ожидания.

Линия
легла на линию.

Город —
на город.

Память
закрыла улицу.

Будущее
пересекло прошлое.

Мёртвые
заняли комнаты
живых.

Выброшенные вещи
окружили
новые дома.

Венеция
просвечивала
там,
где её
не рисовали.

Лист
стал почти чёрным.

Хубилай
поднёс его
к лампе.

— Где
моя империя?

Картограф
поклонился:

— Вся здесь.

— Я ничего
не различаю.

— Потому что
ничего
не исключено.

Император
сел.

— Сделайте
понятнее.

Начали снимать.

Неслучившееся.

Карта
посветлела.

Потом память.

Стало свободнее.

Мёртвых
убрали.

Желания —
тоже.

Отходы
оставили
за рамкой.

Венецию
положили
в отдельную папку.

Наконец
перед ханом
снова лежали

реки,

границы,

дороги,

города.

Почти тот же атлас,
с которого
началось дело.

Хубилай
смотрел.

Марко спросил:

— Теперь
видите империю?

Хан
не ответил.

За окном
зажигались огни.

Где-то
женщина
закрывала ставни.

Мальчик
катил домой
сломанное колесо.

На мосту
двое людей
медлили,

потому что
не хотели
ещё расходиться.

Старик
выставлял стул
к двери.

На площади
торговец
сворачивал ткань.

Ни одно
из этих движений
карта
не ожидала.

Секретарь
заметил
в углу листа
маленькое
белое место.

— Пропуск.

Взял перо.

Хубилай спросил:

— Что там?

Картограф
проверил документы.

— Ничего.

— Тогда
заполните.

Марко
не остановил руку.

Просто сказал:

— Завтра
там может быть
что-нибудь.

Секретарь
замер.

— Что?

— Не знаю.

— Новый город?

— Возможно.

— Тогда
как назвать?

Марко
посмотрел
на Хубилая.

Император
улыбнулся
почти незаметно.

— Пусть сначала
появится.

Перо
положили рядом.

Не как отказ
от власти.

Не как
мудрое решение.

Просто
потому,
что писать
пока было нечего.

Тишина
продлилась недолго.

Марко
вдруг сказал:

— Есть один город...

Секретарь
схватился
за новый лист.

Хубилай
рассмеялся.

— Подожди.

— Почему,
государь?

— Я хочу
сначала услышать.

Марко
начал.

В городе,
которого ещё
не было
в окончательном атласе,

дома стояли...

Секретарь
всё-таки
опустил перо.

Не выдержал.

Первая линия
легла
на белое место.

Марко
продолжал говорить.

Пока он
описывал вторую улицу,

первая уже
стала немного
другой.

Картограф
попытался исправить.

Не успел.

Хубилай
смотрел
на него.

Потом —
на Марко.

Потом
на карту.

Внизу
появилась новая запись:

ОКОНЧАТЕЛЬНЫЙ АТЛАС.

Секретарь
подумал.

Зачеркнул:

ОКОНЧАТЕЛЬНЫЙ.

Осталось:

АТЛАС.

Марко
говорил дальше.

Через несколько минут
понадобился
ещё один лист.

Хубилай спросил:

— Сколько
их будет?

Марко
ответил:

— Сколько городов?

— Да.

Путешественник
посмотрел
в вечернее окно.

— Пока
мы рассказываем?

Он улыбнулся.

— На один больше,
чем успели
нанести.

Секретарь
быстро записал.

Когда поднял глаза,

Марко
уже рассказывал
другой город.