Человек тоски
"Ах, вот там свобода, liber;!" - будут восклицать они.
Но сколько бы русский человек был не свободен в чужой стране, никогда в ней не будет спокойно-свободна его душа, если Родине его плохо. Если его Родина сгибается под ударами надзирателей, под взрывами снарядов или томится в кандалах. Всю душу русского человека в таких случаях сковывает и тоска, и страх. Страх около-животный. Такой, какой испытывает волчонок, когда мать его попадает в силок али в капкан.
Декабристы могли бы свободно уехать из России, имели на это возможность. Должны были иметь на это и желание, ведь были не согласны с властью, не могли жить с ней. Но и тем не менее они не уехали. И даже отправляясь в ссылку в Сибирь многие из них не совершали побега. Ах, как прекрасна эта Сибирь, если хоть и вынуждено, но взглянуть в её душу. Как люди русской Сибири щедры и мудры, хоть и угрюмы на лицо, как они отважны. Их храбрость не только воспевается в чУдных и чуднЫх песнях местных буйных и стойких перед лицом сурового климата народов, но и проявляется на деле. И я думаю для декабристов общение с некоторыми из них было радостней, чем угрюмая жизнь под неустанным надзором в тюрьме где-то ближе к столице. Вдали от истинной России.
Эти люди не могли бы жить в другой стране, покуда страдает их Родина. Они сложили свои сердца в её костёр, лишь бы он горел. Некоторые из них отдали свои жизни, жертвуя ими заранее ради призрачной надежды на освобождение её. И жертвы такие не заканчиваются декабристами. Ради блага этой странной и прекрасной России погибали миллионы, и все из них были счастливы в своей тоске, в своём бессмертии. Судьбы таких людей вливаются, словно мелкие ручейки в большую реку Россию, наполняют её, очищают, помогают преодолевать пороги и разрывать течением камень. Как это красиво, как это печально.
Как бы хотелось жить и на Волге, и на Иртыше. Утром перебегать, как Всеславич из Полоцка в Киев, из Печор в Иркутск. Видеть русские поля и леса, и горы, и реки летом, осенью, зимой, весной.. Видеть всегда, каждый день. Но не может этого человек русский, наверняка. И от того любит все это, недоступное одновременно ещё больше. На Кавказе русском он скучает по Байкалу, на Байкале по Карелии, в Карелии по Камчатке, на Камчатке по Алтаю, а на Алтае по Кавказу и так далее, и по-другому.
Необъятна Родина русского человека и прекрасна, замечательна своей уникальной самобытностью. Она будто красавица с сотнями ликов, самая прекрасная для всех из нас, но по-разному. Самая солнечная и самая туманная, самая степная и самая горная. От одной мысли обо всем этом захватывает дух, а сердце, сердце бьется быстрее, бежит по всем этим просторам отдельно.
И вся эта прелесть, вся эта инклюзивность умещается в русском языке, который перенимает многое из языков братских народов. Он создает эти образы в сознании людей своей метафоричностью, своей звучностью. Никогда не позабудешь грустных людей, поющих весёлые песни в северном краю, оплакивающих никогда не наступившее и ещё не пришедшее. Никогда не позабудешь русский язык и Россию ты, если когда-то хоть капля их упадет в сердце твое.
Но если все-таки судьба заставит русского человека покинуть её ради творчества, ради семьи, ради души его и её сохранения...Если все таки перемены побудят его покинуть столь родной и любимый край, если гнёт власти или безвластья станет ему нестерпим, если власть этой страны выгонит его и выкинет... Должен этот русский человек сохранить в душе своей Россию лучшую, Россию светлую, взращивать её изо дня в день в себе, не забывать о ней. Взращивать её и в детях своих, учить их русскому языку, говорить им о том, как прекрасна далёкая почти реальная Рассея, как она замечательна и как родитель их привязан к ней душою. Чтобы потом, когда Родина, вспрянув ото сна, протянет ему руки, прося вернуться, прося помочь, человек русский мог дать ей не только свою внутреннюю маленькую Россию, но и такую же маленькую светлую, немного надуманную, как от влюбленности, Русь своих наследников, хоть буквальных, хоть идейных.
Свидетельство о публикации №126102505699