Попутчик

                П     О     П     У     Т     Ч     И     К

                Но   вечно  –  по  рельсам,
                по   сердцу,    по   коже   –   
                Колёса,   колёса,   колёса,   колёса !..
                Александр   Галич,   Поезд,  1964


Мне       попутчик       попался       такой       заводной,      скажем,      будь       здоров,
Улыбался,         шутил,        балагурил,         хохмил,        очень          много          слов,
Ни         один        полустанок         в        дороге       соседушка        не        пропустил,
Выходил       из      вагона,      гулял       вдоль      состава,      по      рынкам     бродил.

Михаилом    назвался,   смеялся   –   рождён   в   Ильин   день,   да    вот    не    Илья,
Потому - то      как      август,     так     кличут     в    дорогу,     зовут    другие     края,
Самолёты      не     любит,      к     землице      твёрдой       привык,      это     да-а-а-а…
Зато     к     теплоходам      относится       бодро,      а      ещё       по      душе     катера.

С   проводницами    громко   и   бойко   –  без    пошлостей,   мило  –   вёл   разговор,
По   соседству   купе   –   осуждал,   кто    не   сеет - не   жнёт,    тем,   точно,   позор,    
Начальника    поезда   –  ой    как    душевно !  –   хвалил    за    уют,   красота-а-а-а…
Как    бы     хотелось,   чтоб    все   «эшелоны»    ходили    такими    везде  и   всегда.

Вопросами    сыпал    ко    всем,    обо    всём,    много    ведать    по    жизни   хотел,
В    мелочах    разобраться    желал,    –   до     песчинки !   –    внутри    весь    горел,
Из      сумки      походной       атлас      затёртый      достал      не      спеша,     делово,
Но     грустью    делился,     что    время     его,      уж    верно,      давно    как    ушло.

Не   был   в  Тибете,   не   брёл   по  Сахаре,   по  Гангу   не   плыл   –   вот   бы   ахх !
На    нартах     не    мчался    оленьей    упряжкой    якутским    морозом    в    снегах,
Штормов    не    пощупал     под     парусом    резвым,     ухх,    кабы     мыс    Горн !..
В   Альпах    австрийских    поёт   –   он    не   слышал !  –   тот    самый    аккордеон.

Трёхдневье     дороги     втащил     в     себя     колёс    перестук    –    уже     полпути,            
Иркутск     позади,     сорок     три     остановки      от     стольного    града    Москвы,
Слева –  Байкал,   направо –  Китай,   у  них   там   всё   «инь»   да   «янь»…  чудаки,
Сосед    удивлялся,    у   нас - то    всё   проще    –    вот   женщины,    вон   мужички.

Тут   началось :  анекдоты   и   байки  –  вдвоём   в   полусвете   купе   с   коньячком,
Чапаев   пронёсся,     Штирлиц   глумился     над    Мюллером    –   давним    врагом,
Досталось   блондинкам,   Ржевскому,   Вовочке   и   Рабиновичу    в  полный   рост,
В   народных   проказах   полно   персонажей   смешных,    да    как    в   небе   звёзд.

Засели     за     шахматы,   –   вечер     удался   –    слоники,    кони,    пешки,    ладьи,
Да   вот   незадача,    мат   мне   за   матом   и   ни   одной   –   ни   одной !  –   ничьи,
–  Где   так   наловчился   умело,   Михайло,    с   досочкой   в  квадратах   дружить ?
–  Детством   далёким   отец   постарался,   потом   он  погиб,   учил   первым   быть.

Сосед   помрачнел,   откинулся   в  угол,   плафон   над  собой   потушил…  силуэт…
–  Прости,  растревожил,  теперь  не спросил бы,  не знал,  как серьёзен будет ответ,
–  Ладно,   проехали,   шахматы - шахматы,   с   братом   Егором   турнирами   жгли,
Но   в  Кандагаре  –  партия   насмерть,   всей   ротой   крылатой   на   небо   взошли.

В     его    откровениях   –    боль     и     досада,     всё    довелось    выслушать    мне,
Холод  по  коже,   ком  ниже  горла  –  в  семье   только   бабы,   мужчины   в  земле,
Дед  –   Сталинградом,   отец  –   на   Даманском,    братишка  –   в    Афгане   легли,
Сам   за  Кавказом   дважды   был   ранен,  списали  –  осколок  в  груди,   эх,  врачи.

Второй   дед   сражался   в   Великой - Великой,    брал    Прагу,   Варшаву,   Берлин,
На      Дальнем     Востоке      громил      самураев,     освобождал      наш     Сахалин,
Потом    пятьдесят   раз    отметил    Победу,   тихо    ушёл,   несомненно   –   в   рай,
Да    потому !..    В    Ворота    Петра    нельзя     пройти     просто    так,    невзначай.

Михаил     замолчал,      снова     свет     включил,      на     доске     поправил    ферзя,
Развёл      руками,       пожал      плечами,      предложена       мне      боевая      ничья,
Только    в    игре   бывает   такое   –   ни    вашим    ни    нашим    и   то    не   всегда,
За   Веру,   Отечество   –   только   победа,   одна    лишь    победа    солдату   нужна.

Потом    пояснил,    есть   Дальнереченск   в   близком   теперь   уссурийском   краю,
Там     батя    покоится    мемориально     в   павшем    братском   даманском   строю,
Ему  у  гранитной  плиты  он  расскажет – не  часто  приедешь,   пять лет не бывал –
Как  поживал,   что  видел,   чем  дышит,   что  волю  его   первым  быть   выполнял.

Забрезжил   рассвет   за   окошком   вагона  –   сопки,   тоннели,   мостов   прямизна,
Сутками,     сутками    можно    катиться    просторами    нашей    страны,    старина,
Дрёмой     отмеченный,     сном     не    задетый,     шагнул    из    купе    в    коридор,
Батюшки - светы !     Голос   соседа !     Завёл    уже    с    кем - то    утренний    спор.

Но    не    с    надрывом,     очень    спокойно    и    незатейливо    гнёт   свою   мысль,
Мол,  независимо,  принц  ты  иль  нищий,   жизнь  непременно  имеет  свой  смысл,
Вовсе    не    важно,    с   кем    там    сошёлся,    наш    он,    и    пусть    много    слов,
Да    уж,     попутчик    мне    попался    такой    заводной,     скажем,    будь    здоров.

                11   июня   2024   года