Департамент согласования семейного времени

------------
ДЕПАРТАМЕНТ СОГЛАСОВАНИЯ СЕМЕЙНОГО ВРЕМЕНИ

Дело первое

ДЕЛО О СЕМЬЕ,

В КОТОРОЙ ЧЕТВЕРО ЧАСОВ

ПОКАЗЫВАЛИ РАЗНОЕ ВРЕМЯ,

А ГЛАВНОГО СВИДЕТЕЛЯ НЕ ВЫЗВАЛИ

Авторская философская интеллектуально-сатирическая поэма в семи актах на материале «Шума и ярости» Уильяма Фолкнера

---

I. Четыре папки требуют одной даты

В Департамент
принесли дело
семьи Компсонов.

Причина открытия:

РАСПАД.

Секретарь запросил
дату происшествия.

Получил четыре.

Первая папка
сообщала:

7 апреля 1928 года.

Вторая:

2 июня 1910-го.

Третья:

6 апреля 1928-го.

Последняя:

8 апреля того же года.

Председатель нахмурился:

— Семья распалась
четыре раза?

Архивист ответил:

— Нет.

— Тогда почему
четыре даты?

— Потому что
каждый жил
в своей.

Начали сверку.

В деле Бенджи
1898 год
мог появиться
посреди 1928-го
без предупреждения.

У Квентина
один день
тащил за собой
всё прошлое
и не соглашался
иметь завтра.

Джейсон
признавал время
главным образом там,
где оно приносило
проценты,
убытки
или опоздание.

Дилси
не спорила
с календарём.

Она просто
дожила
до последней папки.

Комиссия попросила
назвать то,
что присутствует
во всех делах.

Архивист долго
перелистывал страницы.

Потом написал:

КЭДДИ КОМПСОН.

— Дата?

— Разные.

— Положение?

— Разное.

— Показания?

Рука архивиста
остановилась.

Проверили
первую папку.

Кэдди есть.

Вторую.

Тоже.

Третью.

Почти на каждой странице
её отсутствие
обсуждается так,
будто она находится
в комнате.

Открыли четвёртую.

Следы остались.

Собственного заявления
не нашли.

Председатель удивился:

— Главное лицо
не допрошено?

— Похоже.

— Почему?

Архивист
перевернул
последний лист.

— Возможно,
остальные слишком давно
дают показания
за неё.

---

II. Бенджи отказывается помещать прошлое в архив

Первым вызвали
Бенджи.

Секретарь приготовил
календарь.

Ластер привёл его
к столу.

За окном
кто-то на поле
крикнул слово,
похожее на имя Кэдди.

Бенджи застонал.

— Что случилось? —
спросил председатель.

Ластер ответил:

— Сестру вспомнил.

Секретарь записал:

ВОСПОМИНАНИЕ.

Бенджи
заплакал сильнее.

— Почему
он возражает?

— Может,
не возражает.

— Тогда что?

Ответить
за него
никто не смог.

Из старой папки
поднялась сцена:

забор,

гвоздь,

детская одежда,

Кэдди,
которая освобождает
брата.

— Дата? —
спросил секретарь.

Нашли.

Поставили:

ПРОШЛОЕ.

Но Бенджи
не посмотрел
на штамп.

Для него
сцена уже шла.

Председатель спросил:

— Он не понимает,
что всё кончилось?

Архивист ответил:

— Возможно,
для него
оно не уходило
туда,
куда вы поставили печать.

Проверили иначе.

В одном воспоминании
Кэдди пришла
с запахом деревьев.

Бенджи
потянулся к ней.

Прижался.

Успокоился.

Никакого объяснения
не понадобилось.

В другой день
появились духи.

Запах изменился.

Бенджи
заплакал.

Секретарь спросил:

— Что он
установил?

Ластер пожал плечами.

— Что Кэдди
стала пахнуть
не так.

— И что
это означает?

— Он не знает.

Комиссия
приготовилась написать:

НЕДОСТАТОЧНО
ДЛЯ ВЫВОДА.

Архивист остановил
карандаш.

— Для какого?

Председатель
не понял.

— Для вывода
о ней.

— Он и не делал
вывода.

В этом
и была неприятность.

Бенджи
не объяснил Кэдди.

Не назвал
её виновной.

Не придумал
причину перемены.

Но раньше многих
почувствовал,
что прежнего порядка
больше нет.

В ведомости оставили:

СОБЫТИЕ:
ПРОШЛО.

ИЗМЕНЕНИЕ:
ОБНАРУЖЕНО.

ОБЪЯСНЕНИЕ:
НЕ ПРЕДСТАВЛЕНО.

За окном
снова донёсся
похожий звук.

Бенджи
повернул голову.

Календарь
не помог.

---

III. Квентин приносит часы без стрелок

Квентин явился
из другого года.

Это само по себе
не понравилось
Департаменту.

На стол
он положил часы.

Стекло разбито.

Стрелок нет.

Механизм
продолжает тикать.

Секретарь спросил:

— Неисправны?

— Нет.

— Тогда зачем
сняты стрелки?

Квентин ответил:

— Чтобы не знать
время.

Председатель
прислушался.

— Но они
идут.

— Знаю.

— Значит,
вы убрали
не время.

Квентин
не ответил.

В его деле
лежала Кэдди.

Не та,
которая существовала
сама по себе.

Та,
которую брат
помнил девочкой.

Чистой.

Близкой.

Принадлежащей
миру,
где всё ещё
можно сохранить.

Потом она
полюбила другого.

Забеременела.

Вышла замуж.

Квентин предложил
такое объяснение,
которого никто
не требовал:

будто он сам
согрешил
с сестрой.

Комиссия
попросила повторить.

— Вы заявляете,
что отец ребёнка —
вы?

Квентин молчал.

— Это правда?

— Нет.

— Тогда зачем
вы это сказали?

Он посмотрел
на сломанные часы.

Если поступок Кэдди
можно было
перенести на него,

позор становился
другим.

Чужая жизнь
снова попадала
в семейную историю,

которую он
мог удержать.

Секретарь спросил:

— Кэдди просила
взять её жизнь
на себя?

Ответа не было.

— Она согласилась,
чтобы вы сделали
её поступок
своим?

Квентин поднял глаза.

— Я хотел
спасти её.

— От чего?

Тишина
затянулась.

От случившегося?

От будущего?

От неё самой?

От мира,
где сестра
перестала совпадать
с тем,
кем брат
требовал её помнить?

Комиссия
не стала выбирать.

В протокол внесли:

СТРЕЛКИ:
СНЯТЫ.

ЧАСЫ:
ИДУТ.

ПРОШЛОЕ:
НЕ ИСПРАВЛЕНО.

Квентин попросил
зачеркнуть
последнюю строку.

Секретарь спросил:

— Почему?

Он ответил:

— Потому что
тогда всё
уже произошло.

Часы
продолжали тикать.

Их показания
никому
не понадобились.

---

IV. Джейсон открывает счёт на имя сестры

Следующим пришёл
Джейсон.

Он не любил
сложных времён.

Прошлое интересовало его
главным образом тогда,
когда из него
можно было
выставить счёт.

— Кто виноват
в вашем положении? —
спросил председатель.

— Кэдди.

Ответ
прозвучал сразу.

— Почему?

— Из-за неё
я потерял место
в банке.

Секретарь записал:

УЩЕРБ:
КАРЬЕРА.

ПРИЧИНА:
КЭДДИ.

Потом открыли
финансовую папку.

Кэдди много лет
посылала деньги
своей дочери.

Получатель:

МИСС КВЕНТИН.

Фактически средства
проходили
через Джейсона.

— Передавали?

Он поморщился:

— Я её содержал.

— Это не ответ.

— Семья тратилась.

— Деньги
предназначались кому?

— Девчонке.

— Получала?

Джейсон
начал сердиться.

Из сейфа принесли
остатки накоплений.

Часть появилась
именно потому,
что до мисс Квентин
деньги не дошли.

Потом наступило
воскресное утро.

Сейф открыли.

Денег
не оказалось.

Мисс Квентин
исчезла вместе
с человеком
из бродячего представления.

Джейсон
потребовал зарегистрировать:

КРАЖА.

Комиссия начала
заполнять форму.

ПОТЕРПЕВШИЙ:

ДЖЕЙСОН КОМПСОН.

СУММА:

УСТАНАВЛИВАЕТСЯ.

ПРОИСХОЖДЕНИЕ ДЕНЕГ:

Секретарь остановился.

— Продолжайте, —
сказал Джейсон.

— Сейчас.

Проверили переводы.

Кэдди отправляла.

Деньги предназначались
дочери.

Джейсон удерживал.

Дочь забрала.

Председатель
попросил повторить
медленнее.

После второй проверки
цепочка
не изменилась.

— Она украла
мои деньги! —
сказал Джейсон.

Секретарь спросил:

— С какого момента
они стали вашими?

— Я их держал.

— Это основание?

— Я потерял
из-за её матери
пятнадцать лет жизни!

Комиссия открыла
старый счёт:

КЭДДИ
ДОЛЖНА ДЖЕЙСОНУ:

КАРЬЕРУ.

ДЕНЬГИ.

УВАЖЕНИЕ.

ЖИЗНЬ,
КОТОРАЯ МОГЛА БЫ
СЛОЖИТЬСЯ ИНАЧЕ.

— Кто установил
сумму? —
спросил председатель.

Джейсон
указал на себя.

— Кто признал
долг?

Тот же палец
остался поднят.

— Кто взыскивал?

Ответ
уже был понятен.

Ведомость
переписали:

ЛИЦО,
ОПРЕДЕЛИВШЕЕ УЩЕРБ:

ДЖЕЙСОН.

ЛИЦО,
ОПРЕДЕЛИВШЕЕ ДОЛЖНИКА:

ДЖЕЙСОН.

ЛИЦО,
ОПРЕДЕЛИВШЕЕ ВОЗМЕЩЕНИЕ:

ДЖЕЙСОН.

ЛИЦО,
ПОЛУЧАВШЕЕ ВОЗМЕЩЕНИЕ:

ДЖЕЙСОН.

В последней графе
стояло:

ДЕЛО ЗАКРЫТО?

Он ответил:

— Нет.

Секретарь
не удивился.

Счёт,
который человек
выставляет сам,

очень трудно
признать
оплаченным.

---

V. Отдел главного свидетеля обнаруживает человека между чужими версиями

После трёх заседаний
комиссия решила
наконец вызвать
саму Кэдди.

Сначала потребовалось
составить карточку.

Из дела Бенджи
получили:

СЕСТРА.

ЗАПАХ ДЕРЕВЬЕВ.

ПЕРЕМЕНА,
КОТОРУЮ ОН
ПОЧУВСТВОВАЛ.

Секретарь хотел
добавить:

ПОРЯДОК,
КОТОРЫЙ УШЁЛ.

Архивист возразил:

— Это уже
не Кэдди.

— А что?

— Его потеря.

Строку сняли.

Из папки Квентина
поступило:

ЧЕСТЬ.

ДЕТСТВО.

ПОТЕРЯННАЯ ЧИСТОТА.

ТО,
ЧТО НУЖНО
БЫЛО СПАСТИ.

Архивист перечитал.

— Это всё
про Квентина.

— Но речь о сестре.

— Именно.

Половину карточки
отложили отдельно.

Джейсон представил
свой вариант:

ПРИЧИНА
ПОТЕРЯННОЙ РАБОТЫ.

ИСТОЧНИК РАСХОДОВ.

МАТЬ
НЕУПРАВЛЯЕМОЙ ДЕВЧОНКИ.

Председатель спросил:

— А здесь
что принадлежит ей?

Секретарь
долго искал.

Нашёл только:

МАТЬ.

Остальное
вернули
в дело Джейсона.

На столе
осталась
очень короткая карточка:

КЭДДИ КОМПСОН.

СЕСТРА.

МАТЬ.

ВЫРОСЛА.

ПАХЛА ДЕРЕВЬЯМИ.

ПОТОМ —
ИНАЧЕ.

Комиссия смотрела
на неё
с недоверием.

— И это
главное лицо
семейного дела?

Позвали Дилси.

— Кем была
Кэдди?

Дилси посмотрела
на карточку.

— Ребёнком.

— Потом?

— Выросла.

— Это уже записано.

— Хорошо.

— Что ещё?

Дилси ответила:

— Жила.

Секретарь
поднял голову.

— Нам нужны
характеристики.

— Для чего?

— Чтобы понять,
кем она была.

Дилси
не улыбнулась.

— Тогда надо было
спрашивать её.

Решили отправить
повестку.

Возникла проблема
с адресом.

Нашли фотографии.

Слухи.

Поздние сведения.

Чужие рассказы.

Надёжного заявления
не было.

Секретарь сказал:

— Установим
по имеющимся материалам.

Дилси спросила:

— Тогда зачем
вы вообще
хотели её вызвать?

Ручка
осталась над бумагой.

На первой странице
поставили:

КЭДДИ КОМПСОН.

ПОЛОЖЕНИЕ В ДЕЛЕ:

ЦЕНТРАЛЬНОЕ.

СОБСТВЕННЫЕ ПОКАЗАНИЯ:

НЕ ПОЛУЧЕНЫ.

Председатель нахмурился:

— Так нельзя
вести большое дело.

Архивист ответил:

— Его уже
так вели
много лет.

---

VI. Дилси отказывается считать конец семьи окончанием рабочего дня

Последнее воскресенье
пришло по календарю.

Пасха.

Дилси встала
раньше остальных.

На кухне
надо было
развести огонь.

Приготовить еду.

Одеть Бенджи.

Проверить,
кто снова
не сделал того,
что обещал.

Департамент
пригласил её
до церковной службы.

— Семья Компсонов
разрушена?

Дилси
застегнула пальто.

— Похоже.

— Вы видели
начало?

— Видела.

— Теперь
видите конец?

Она посмотрела
в сторону дома.

— Вижу,
чем стало.

Секретарь записал:

НАЧАЛО:
ЗАСВИДЕТЕЛЬСТВОВАНО.

КОНЕЦ:
ЗАСВИДЕТЕЛЬСТВОВАН.

— Подпишите.

Дилси
не взяла перо.

— Некогда.

— Почему?

— В церковь идём.

— Но дело
семьи окончено.

Она посмотрела
на председателя.

— Бенджи
ещё не одет.

Возникла пауза.

— Это относится
к другому вопросу.

— Для вас.

Дилси ушла.

В церкви
она слушала проповедь.

Не пыталась
остановить время.

Не требовала
вернуть прошлое.

Не переводила
годы в деньги.

То,
что было,
оставалось бывшим.

Живые
оставались живыми.

После службы
надо было
вернуться домой.

Департамент
прислал форму:

ЕСЛИ КОНЕЦ
УСТАНОВЛЕН,
УКАЗАТЬ,
КАКИЕ ДЕЙСТВИЯ
ПРЕКРАЩАЮТСЯ.

Дилси прочитала.

Подумала.

Внизу написала:

НИКАКИЕ,
ПОКА КТО-ТО
НУЖДАЕТСЯ
В ЗАВТРАКЕ.

Секретарь хотел
заменить слово
«завтрак»
на более общее.

Архивист
не разрешил.

Так было
точнее.

---

VII. Итоговая комиссия пытается назначить семье виновного

К вечеру
четыре папки
положили рядом.

Председатель сказал:

— Нужен итог.

Дело Бенджи
не отделяло
прошлого
от настоящего.

Квентин
пытался заставить
время остановиться.

Джейсон
выставлял прошлому
счёт.

Дилси
дожила с ним
до воскресенья.

— Какая версия
правильная? —
спросил секретарь.

Архивист ответил:

— Каждая
говорит правду
о своём человеке.

— А о семье?

Тишина
оказалась длиннее.

Принесли
карточку Кэдди.

Центральное лицо.

Собственных показаний
нет.

Попытались
собрать её
из чужих.

Бенджи дал
запах деревьев.

Архивист поправил:

— Нет.

— Что?

— Запах
не его объяснение.

Он просто
узнавал её
так.

Карточку
вернули на стол.

Квентин
дал честь.

— Это уже
его слово.

Джейсон —
долг.

— И это
его счёт.

Председатель
посмотрел
на остаток.

— Где здесь
Кэдди?

Секретарь ответил:

— Между ними.

— Это место?

— Нет.

— Показание?

— Нет.

— Тогда что?

Архивист сказал:

— Человек,
которого мы
пытаемся получить
из чужих показаний.

В кабинете
стало тихо.

Председатель
перевернул папки.

— Значит,
мы всё это время
делали одно и то же?

— Что именно?

— Собирали её
из тех,
кто о ней говорил.

— Да.

— Тогда чем
мы отличаемся
от читателя?

Архивист посмотрел
на печать.

— У нас есть
вот это.

Печать
отодвинули.

Попробовали
составить итог:

ПРИЧИНА РАСПАДА
СЕМЬИ КОМПСОНОВ:

КЭДДИ КОМПСОН.

Архивист
не подписал.

— Но факты
известны.

— Чьи?

— Семьи.

— Кроме неё.

В этот момент
с улицы
донёсся крик Бенджи.

Экипаж повернул
у памятника
не привычной дорогой.

Джейсон
развернул его.

Лошадь пошла
как прежде.

Бенджи
затих.

Секретарь
обрадовался:

— Порядок
восстановлен.

Архивист посмотрел
в окно.

— Маршрут —
да.

Потом закрыл створку.

На семейную папку
этот вывод
не перенесли.

В итоговой форме
остались:

КВЕНТИН:
МЁРТВ.

МИСС КВЕНТИН:
УЕХАЛА.

ДЖЕЙСОН:
ВЕРНУЛСЯ.

БЕНДЖИ:
УСПОКОИЛСЯ.

ДИЛСИ:
ПРОДОЛЖАЕТ ЖИТЬ.

КЭДДИ:

---

Секретарь спросил:

— Что поставить?

— Ничего
от её имени.

Тогда открыли
первоначальную обложку:

ДЕЛО
О ПАДЕНИИ
КЭДДИ КОМПСОН.

Председатель нахмурился:

— Кто так назвал?

Проверили
журнал регистрации.

Надёжного ответа
не нашли.

Секретарь взял
карандаш.

Зачеркнул:

КЭДДИ.

Осталось:

ДЕЛО
О ПАДЕНИИ
КОМПСОНОВ.

Последняя графа:

КТО ВИНОВАТ?

Перо
не опустилось.

Исправить маршрут
оказалось просто:

место неправильного
поворота
было видно.

В семейном деле
такой точки
не нашлось.

Ни одно имя
не получило
печати.

Кэдди
столько лет
служила семье
объяснением
её собственного падения.

Теперь объяснение
отделили
от человека.

Чужие папки
закрыли.

Её страницу —
нет.

На ней
не написали:

НЕВИНОВНА.

Не написали:

ВИНОВНА.

Не восстановили
за неё
утраченный голос.

Оставили только имя:

КЭДДИ КОМПСОН.

И пустое место
для того,
чего никто
не имеет права
сказать
от её имени.