Он говорит

Он говорит: когда она здесь жила,
пространство сужалось до площади этой
плоти.
Она обнимала рукой его у плеча,
и ногу теснила к лодыжке - как на охоте
за капелькой парникового, земного тепла.
И комната пахла духами, помадой, сном,
и тень её длинная вдоль по стене вела
свой личный регистр в порядке совсем ином.

До этого времени - в до - женскую ту пору -
на тех же углах, где теперь остывал матрас,
с ним спали животные, преданные надзору:
собака у сердца ложилась вовнутрь, подчас
хрипя в сновидениях: кот же селился в ногах,
как серый, пушистый, живой и немой замок.
Но женщина вытеснила этот привычный страх,
и зверь отступил на ковёр, на глухой порог.

" И что же теперь!"- спросил его старый
друг,
куря у окна и косясь на пустой буфет.
А тот улыбнулся: " Окончен великий круг.
Она уходила, забыв погасить нам свет.
И знаешь... как только захлопнулась эта дверь,
собака вернулась назад, где была рука,
а кот у лодыжки свернулся. И этот зверь
опять запечатал пространство для старика".

Так вещи и твари штурмуют свои места,
когда человек исчезает, оставив след.
И падает шерсть на простыни. Чистота
природы важнее, чем прожитый нами бред.
Любовь - лишь заминка в порядке больших
систем,
где пёс охраняет спину, а кот - покой.
Мы снова вернулись к себе. И рассвет совсем
не помнит, что кто- то касался нас здесь рукой.