Департамент обязательного ответа

-----------
ДЕПАРТАМЕНТ ОБЯЗАТЕЛЬНОГО ОТВЕТА

Дело № 33

ЖАЛОБА ВОПРОСА

на многолетнее употребление без указания того, кому потом жить с ответом

Философская интеллектуально-сатирическая поэма в семи актах после романа Н. Г. Чернышевского «Что делать?»

---

I. Вопрос поступает без адреса

В Департамент принесли вопрос:

ЧТО ДЕЛАТЬ?

Бумага оказалась старой.
Формулировка — известной.
Срок хранения давно истёк,
но дело почему-то продолжало поступать.

Секретарь начал регистрацию.

— Заявитель?

— Человек.

— Какой?

— Вообще.

Перо остановилось.

— Получатель ответа?

— Тоже человек.

— Тот же?

Вопрос задумался.

Этого раньше
у него почти не спрашивали.

На первой странице имелось
много свободного места:

что делать с бедностью,
что делать с неравенством,
как устроить труд,
любовь,
семью,
будущее.

Только графы

КОМУ ИМЕННО ПРЕДСТОИТ ЭТО ДЕЛАТЬ?

не было.

Начальник распорядился:

— Допишите.

Секретарь написал:

ВСЕМ.

Ответ отпечатали,
положили в большой конверт
и отправили по указанному адресу.

Через три дня почта вернула письмо.

На обороте стоял штамп:

«ПОЛУЧАТЕЛЬ “ВСЕ”
ПО МЕСТУ ЖИТЕЛЬСТВА НЕ ОБНАРУЖЕН».

Попробовали написать:

«НОВОМУ ЧЕЛОВЕКУ».

Почтальон спросил:

— А старому отдавать нельзя?

Конверт снова положили на стол.

Следующий вариант был осторожнее:

«ТОМУ, КТО ХОЧЕТ ЖИТЬ ПРАВИЛЬНО».

Дежурный по канцелярии уточнил:

— Правильно для кого?

Начальник велел
не задавать лишних вопросов.

Дежурный записал вопрос
как служебный.

К вечеру дело увеличилось
на один том.

Сам ответ
так и не был отправлен.

---

II. Вера Павловна и Отдел освобождения с указанием конечного пункта

На следующее заседание
пригласили Веру Павловну.

Департамент уже знал её историю.

Дом матери.
Расчётливое замужество, приготовленное заранее.
Жизнь, которую за неё почти устроили.
Потом Лопухов.
Фиктивный брак.
Выход.

Инспектор удовлетворённо сказал:

— Прекрасный пример освобождения.

Вера насторожилась:

— Пример чего?

— Правильного выхода из неправильной жизни.

Из шкафа достали форму:

РАЗРЕШЕНИЕ НА ОСВОБОЖДЕНИЕ.

Первая графа:

ОТ ЧЕГО ОСВОБОЖДАЕТСЯ?

Она написала:

«От жизни,
которую решили за меня».

Следующий пункт спрашивал:

К КАКОЙ ЖИЗНИ НАПРАВЛЯЕТСЯ?

Перо осталось в руке.

— Не знаю.

Инспектор удивился:

— Как не знаете?

— Тогда не знала.

— Но ведь надо понимать,
куда человек выходит.

Вера посмотрела на него:

— Если заранее известно,
куда мне положено выйти,
то чем второе помещение
отличается от первого?

Форму отложили.

Начальник вмешался:

— Никто вас не принуждает.
Мы только устанавливаем
правильное направление свободы.

— Направление моей свободы
кто устанавливает?

В кабинете стало неприятно тихо.

Секретарь сделал вид,
что проверяет дату.

Инспектор попробовал иначе:

— Допустим,
мы лишь предлагаем лучший путь.

— Предлагайте.

— Значит, согласны?

— Нет.

— Тогда зачем предлагать?

— Чтобы я могла отказаться.

Этого пункта
в форме тоже не было.

Пришлось допечатать.

Внизу появилось:

ОТ ПРЕДЛОЖЕННОГО БУДУЩЕГО
ВПРАВЕ ОТКАЗАТЬСЯ.

Начальник прочёл
и нахмурился:

— Получается,
мы разрешаем человеку
не воспользоваться правильным решением.

Вера ответила:

— Иначе вы разрешаете
не свободу.

---

III. Швейная мастерская проходит проверку на равенство

Потом проверили мастерскую.

Инспекция приехала утром.

На столе лежали счета.
Машины работали.
Деньги распределялись
по принятому порядку.

Ревизор отметил:

— Совместный труд.

Секретарь добавил:

— Участие в доходах.

Бухгалтер подтвердил:

— Решения обсуждаются.

В отчёте заранее появилась строка:

РАВЕНСТВО УСТАНОВЛЕНО.

В этот момент
одна из работниц сняла фартук.

— Я ухожу.

Ревизор поднял голову:

— Почему?

— У матери плохо со здоровьем.
Поеду к ней.

Бухгалтер сказал:

— Конечно.

Инспектор удивился:

— Совсем?

— Возможно.

— Но вы участница общего дела.

Женщина кивнула.

— Значит, обязаны учитывать интересы мастерской.

Она сложила заработанные деньги
в кошелёк.

— Учитываю.

— Тогда почему уходите?

— Потому что решила уйти.

Ревизор посмотрел на Веру Павловну:

— Если каждый станет уходить,
когда захочет,
ваше устройство развалится.

— Возможно.

— Вас это устраивает?

— Нет.

— Почему не удерживаете?

Вера ответила:

— Потому что мастерская создана
для работающих здесь женщин,
а не женщины созданы
для мастерской.

Секретарь медленно зачеркнул
строку об установленном равенстве.

— Что писать вместо неё?

Работница уже стояла у двери.

Вера сказала:

— Напишите, что дверь открывается
в обе стороны.

Ревизор усмехнулся:

— Это архитектура,
а не общественный принцип.

Женщина вышла.

Дверь закрылась.

Через несколько секунд
другая швея подошла
и открыла её снова.

Секретарь записал:

ДВЕРЬ ИСПРАВНА.

Потом подумал
и добавил ниже:

ПРОВЕРЕНО ЛЮДЬМИ.

---

IV. Лопухов подаёт заявление на полезное отсутствие

Следующим вызвали Лопухова.

Дело оказалось сложнее.

Он сел перед комиссией
и сообщил,
что когда-то счёл своё исчезновение
лучшим решением.

— Для кого? — спросил председатель.

— Для Веры.

— Она просила?

— Нет.

— Для Кирсанова?

— Он тоже не просил.

Член комиссии перелистал бумаги:

— Тогда для кого вы приняли решение?

Лопухов ответил:

— Я видел,
что им будет лучше.

— Возможно.

— Я не хотел мешать.

— Понимаем.

— Поэтому ушёл.

Председатель поднял глаза:

— Понимаем и это.

Наступила пауза.

Секретарь спросил:

— А почему вы решили,
что имеете право определить,
какая ваша судьба
будет удобнее другим?

Лопухов впервые
не ответил сразу.

В архиве нашли
старое заключение.

Там всё выглядело безупречно:

если присутствие одного
мешает счастью двух других,
присутствие следует устранить.

Член комиссии даже восхитился:

— Чистая логика.

Вера Павловна,
сидевшая у стены,
сказала:

— Только меня
в этой логике
никто не спрашивал.

Председатель возразил:

— Но результат оказался хорошим.

Она повернулась к нему:

— А если бы оказался плохим?

Тот промолчал.

— Тогда поступок считался бы неправильным?

— Вероятно.

— Значит, право решать за другого
возникает после удачного результата?

Секретарь отложил перо.

Это было неудобно.

Комиссия долго обсуждала,
можно ли признать
самопожертвование
достаточным основанием
для распоряжения чужим будущим.

Большинство хотело написать:

МОЖНО,
ЕСЛИ НАМЕРЕНИЯ БЛАГОРОДНЫ.

Вера попросила
прочитать формулировку вслух.

После чтения
голосование отменили.

Лопухов тихо сказал:

— Я хотел добра.

Председатель ответил:

— Никто этого не отрицает.

На полях появилась запись:

БЛАГОРОДНАЯ ЦЕЛЬ
НЕ ВЫДАЁТ ДОВЕРЕННОСТЬ
НА ЧУЖУЮ ЖИЗНЬ.

---

V. Рахметов отказывается быть обязательным образцом

Рахметов пришёл сам.

Его даже не успели вызвать.

Под мышкой он принёс
небольшую доску.

На доске были гвозди.

Начальник оживился:

— Вот настоящий новый человек.

Рахметов поставил доску
возле стола.

— Где настоящий?

— Вы.

— Почему?

— Дисциплина.
Самоограничение.
Подготовка.
Сила воли.
Готовность к большому делу.

Секретарь уже заполнял
карточку образца.

Рахметов посмотрел:

— Для чего это?

— Чтобы ваш опыт
можно было использовать шире.

— Каким образом?

— Допустим,
молодому человеку
не хватает твёрдости.

— Бывает.

— Ему можно рекомендовать
ваш режим.

— Рекомендовать можно всё.

— Значит, согласны.

— Нет.

Начальник нахмурился:

— Вы же сами так жили.

Рахметов кивнул:

— Я.

— Считаете это полезным?

— Для себя считал.

Секретарь указал на доску:

— Тогда почему другим нельзя?

Рахметов спросил:

— Вы хотите,
чтобы они легли на мои гвозди?

— В переносном смысле.

— Начните с прямого.

Один из молодых служащих
нерешительно снял пиджак.

Начальник остановил его:

— Не надо буквально.

Рахметов усмехнулся:

— Вот и я о том же.

Комиссия решила,
что пример всё-таки
нуждается в распространении.

Составили проект:

«ОБ УТВЕРЖДЕНИИ
ИСКЛЮЧИТЕЛЬНОГО ЧЕЛОВЕКА
В КАЧЕСТВЕ ОБЩЕГО ТИПА».

Рахметов прочитал заголовок.

Потом взял доску.

— Если тип общий,
он уже не исключительный.

Начальник возразил:

— Речь не о словах.

— Тогда о чём?

Ответа не последовало.

Рахметов направился к выходу.

Секретарь крикнул вслед:

— Оставьте хотя бы методические рекомендации!

Тот обернулся:

— Человек,
которому для свободы
нужна обязательная инструкция,
получил не свободу.

Дверь закрылась.

На столе осталась
карточка образца.

Графа

ТИРАЖ

была пустой.

---

VI. Четвёртый сон пытаются принять в эксплуатацию

Больше всего хлопот
доставил сон Веры Павловны.

Его вызвали
на государственную приёмку.

Комиссия изучила
светлые здания,
совместный труд,
изобилие,
новые отношения,
счастливых людей.

Председатель был впечатлён.

— Когда ввод?

Вера переспросила:

— Чего?

— Будущего.

— Это сон.

— Тем более.
Надо перевести
в практическую плоскость.

Архитектор развернул чертежи.

Экономист начал считать.

Секретарь приготовил акт:

БУДУЩЕЕ ПРИНЯТО
БЕЗ ЗАМЕЧАНИЙ.

Оставалось собрать подписи.

Первая строка:

«Лица,
которые будут жить
в утверждаемом будущем».

Комиссия остановилась.

— Где они?

Вера ответила:

— Ещё не родились.

— Тогда подпишут представители.

— Кто их представляет?

Председатель предложил:

— Мы.

— Почему?

— Потому что понимаем,
какое будущее лучше.

Вера посмотрела на акт:

— Для них?

— Для всех.

— Они согласились?

Экономист раздражённо сказал:

— Нельзя спрашивать людей,
которых ещё нет.

— Тогда почему можно
согласиться за них?

Акт отложили.

Появилась новая проблема.

Если будущее
имеет право требовать
от настоящего жертв,
лишений,
переделки жизни,
то кто выдал этому будущему
такое право?

Эксперт заметил:

— Но ведь оно прекрасное.

Вера спросила:

— Этого достаточно?

Никто не ответил.

Председатель посмотрел
на хрустальные дворцы.

Очень хотелось
поставить печать.

Секретарь уже держал её
над бумагой.

Вера остановила руку:

— Пусть остаётся будущим.

— До каких пор?

— Пока не наступит.

— А потом?

— Тогда спросите тех,
кто там будет жить.

Печать вернули
в футляр.

На акте осталось:

ПРИЁМКА НЕ ПРОИЗВЕДЕНА
В СВЯЗИ С ОТСУТСТВИЕМ
ЖИВЫХ ПОЛУЧАТЕЛЕЙ БУДУЩЕГО.

Ниже председатель
собственноручно добавил:

ПРЕКРАСНОЕ БУДУЩЕЕ
НЕ ОСВОБОЖДАЕТ
ОТ НЕОБХОДИМОСТИ
СПРАШИВАТЬ НАСТОЯЩИХ.

Потом перечитал
и зачеркнул слово
«прекрасное».

Получилось точнее.

---

VII. Итоговое заседание: кому отвечать на вопрос «Что делать?»

К последнему заседанию
накопилось семь папок.

На столе лежали:

освобождение,
равенство,
любовь,
самопожертвование,
пример,
будущее
и первоначальный вопрос.

Председатель сказал:

— Пора закончить.

Секретарь приготовил
итоговый бланк.

Первая строка:

ВОПРОС:

ЧТО ДЕЛАТЬ?

Вторая:

ОТВЕТ:

Перо замерло.

— Пишите, — распорядился начальник.

— Что?

— Итог.

Секретарь посмотрел
на предыдущие дела.

Если написать:

«Человек должен выбирать сам»,

получится указание,
как человеку следует выбирать.

Если записать:

«Никаких общих ответов нет»,

возникнет общий ответ
об отсутствии общих ответов.

Если оставить:

«Поступайте свободно»,

придётся объяснять,
что считать свободой.

Председатель устало спросил:

— Неужели вообще
ничего нельзя сказать?

Вера Павловна ответила:

— Можно многое.

Лопухов добавил:

— Советовать тоже можно.

Рахметов пожал плечами:

— Даже убеждать.

Секретарь уточнил:

— Тогда чего нельзя?

Никто не торопился.

Из первой папки
выпал старый конверт.

На нём всё ещё стоял
почтовый штамп:

«ПОЛУЧАТЕЛЬ “ВСЕ”
НЕ ОБНАРУЖЕН».

Председатель перевернул бланк.

На обороте нашлась
служебная строка:

ЛИЦО,
НЕСУЩЕЕ ПОСЛЕДСТВИЯ РЕШЕНИЯ.

— Вот, — сказал секретарь. —
Этого мы раньше не заполняли.

Начальник посмотрел:

— И что туда писать?

— Имя.

— Чьё?

— Того,
кому потом жить
с нашим ответом.

Первым подошёл Лопухов.

Взял перо.

Задумался.

Отдал его Вере.

Она не стала писать.

Рахметов усмехнулся:

— Наконец-то
разумный порядок.

Председатель возмутился:

— Почему никто
не заполняет графу?

Вера ответила:

— Потому что вы опять
хотите заполнить её заранее.

За дверью ждала очередь.

Студент.
Работница.
Молодая женщина.
Старик.
Человек с письмом.
Кто-то, решивший уйти.
Кто-то, собиравшийся остаться.

У каждого был
один и тот же вопрос.

Ответы уже различались.

Секретарь вышел в коридор
и снял объявление:

«ВЫДАЧА ОБЩЕГО ОТВЕТА».

На его место повесили другое:

«ВОПРОСЫ ПРИНИМАЮТСЯ
С УКАЗАНИЕМ ТОГО,
КОМУ ЖИТЬ С ПОСЛЕДСТВИЯМИ».

Председатель прочитал:

— Длинно.

— Зато адрес есть.

Дело решили закрыть.

Осталось заполнить
последнюю графу:

УСТАНОВЛЕНО ЛИ,
ЧТО СЛЕДУЕТ ДЕЛАТЬ?

Секретарь поставил:

НЕТ.

Начальник возмутился:

— Столько заседаний
ради этого?

Перо вернулось к бумаге.

Рядом появилось:

УСТАНОВЛЕНО ЛИ,
КТО ДОЛЖЕН ОТВЕЧАТЬ?

После долгого молчания
написали:

КАЖДЫЙ РАЗ —
ТОТ, КОМУ ПОТОМ
ЖИТЬ С ОТВЕТОМ.

Председатель хотел
поставить печать.

Секретарь остановил:

— Не надо.

— Почему?

— Опять получится
обязательный порядок.

Печать оставили
на столе.

Первый человек из очереди
вошёл без разрешения.

Посмотрел на вопрос.

Назвал своё имя.

Долго думал.

Потом забрал
чистый лист
и вышел.

Комиссия не знала,
правильно ли он поступил.

Впервые это
не требовалось установить.

На обложке дела написали:

ВОПРОС:
«ЧТО ДЕЛАТЬ?»

ОБЩИЙ.

ОТВЕТ:
НЕ ПРИЛАГАЕТСЯ.

АДРЕСАТ:
УСТАНАВЛИВАЕТСЯ
ДО ОТВЕТА.

В самом низу
остались две строки:

ВОПРОС ВСЁ ЭТО ВРЕМЯ
СЧИТАЛСЯ ОБЩИМ.

ЖИЗНЬ ВСЁ ЭТО ВРЕМЯ
ВЫДАВАЛА ЕГО ПОШТУЧНО.