Епетимья

Я с каждым злом все горше понимаю,
Что нету пониманий у меня.
Да и с добром не лучше:
Открываю,
Всё, что и так – открытая фигня.

А с каждым наступившим и забывшим,
(Что он вообще-то, сволочь, наступил!)
Я становлюсь определённей лишним,
Хотя и нужным никогда не был.

Зато вот с этим всяческим неясным,
(Не знаю честно, было ли оно),
Я прозреваю всё как есть – прекрасным!
(Будь хоть литым иль полым будь оно).

Откуда, братцы, тут взялось о полом?
Вот о литом, не промолчать, как пить!

Недавно,  кстати, стоя за уколом,
Я очередь свою сменял на сныть.
Потом варил её... Или сушил?
Да ладно. О чём послы обычно все молчат?
Ну вот и здесь, ложится вроде складно,
Но, хоть убей – вернётся через зад!

Да и убить – всегда настолько мало!
Таких убьёшь - а всё не корм в коня.
А память - та, где наша пропадала,
Опять не мной подменит не меня.

Да о таком ли должно врать поэту???
Не праведней ли мудрому завыть,
Про новую тяжёлую ракету,
Что удалось всем миром облегчить,
И увлечённо на того направить,
О ком не смели раньше и мечтать?

Давайте лудше что-нибудь да славить!
Устал я что-то гадости писать.

А вы, я вижу, сильные все стали,
И пишите, как будто вы из стали?