Дикие Короткий рассказ

+
Света посмотрела на дочь, вздохнула.
– Помню, как на уроке литературы нам задавали найти в тексте описание внешности героя, или его душевные терзания. Не знаю почему, мне нравилось находить. Как будто кто-то потерял, а я нашла. – Света посмотрела на мужа. –
А в жизни мы их не ищем. И в памяти почему-то не храним.
– И что ты с этими подробностями делать будешь? Кашу из них сваришь?
Игорь взял у Катюшки со стола книгу.
Катюшка тут же подняла на него зелёные глаза.
– Устала. Можно я читать не буду?
– Не хочешь, не читай. – Игорь хрумкнул яблоком. – Никто тебя, кажется, не заставляет.
– Не так надо говорить. Ты мне должен сказать «сиди, и читай».
– А я тебе не скажу.
– А ты скажи.
– Скоро я тебе куплю компьютер, будет у тебя свой, а пока ты у меня в компьютере можешь поиграть. Только ты никуда не заходи.
– Далеко нельзя уходить от компьютера?
Катя с удивлением смотрела на Игоря.
– Дикая какая-то она у тебя. – Сказал он Свете уже на кухне. – Она что, компьютера не видела никогда?
– Откуда? Ты нас привёз откуда?
Усмешка. Игорь потёр щёку. Пора бриться.
– Село... За... – Как-то начал он.
– Не за, а зы! Зырабинское. Люди говорили, у нас там Зина какая-то, ещё до войны жила, травами всех лечила.
– Я тут тебе, вот.
«Какая у него ладонь, огромная, как будто парашют раскрыли».
– Кольцо? Надо же, а камень какой... Но ты же мне уже подарил одно кольцо?
А это тебе на другую руку. У тебя рук сколько всего?
...Две у неё руки. Одна держит чашку. Та, что с кольцом. Над чашкой поднимается пар, как над рекой туманится.
– Я тебе ещё подарю. И браслеты с серёжками, и этот, как его там...
– Кулон. – Подсказала Света.
– И ты как-то давай уже, привыкай. Здесь тебе не Зырабинское ваше. В городе нужно быть как все. Ходить, куда все ходят, говорить,  как все.
– Что говорить?
– Говори, как все говорят.
– Что все говорят?
– Глупости разные. Ладно, Научишься.
Света подошла к окну. Многоквартирные дома. Ещё стройка. Света насчитала две сосны. А горизонта нет.
– Что это там?
– Где?
– Ну, там.
Света неизвестно с чего вспомнила, как когда-то она надела туфли матери. У матери нога была маленькая, не то, что у неё в четырнадцать лет. Туфли натирали ей ноги, больно, так, что кровь проступила.
– А что там?
– Строят.
Света искала что-то в темноте, жадно, словно от её старания что-то зависело. В сырых сумерках, на ярко-синих блочных этажах. Не пожалели краски.
Игорь помешал сахар ложкой...
– Хорошо. Чего тебе ещё нужно?
– Горизонта.
– А зачем? И без него красиво.
– Это у тебя глаза красивые. – Растеряно ответила Света.
– Ничего. Поживёшь, увидишь.
– Что увижу?
– Ведь говорят же, поживём, увидим. – Не стал вдаваться в подробности Игорь.
Света отошла на шаг от окна. Присмотрелась к кухонному угловому дивану.
– Тени какие-то не такие. А я подумала, тараканы...
– Откуда бы? Тараканы, когда дома в плачевном состоянии.
– А у нас мостик над рекой прогнил, как только вода стала в реке мутная.
– Вода мутная? – Игорь взлохматил на себе и без того всклокоченные как после сна волосы.
– Ты не спеши. Куда спешить? Ещё годик поживёшь, встанешь у окна – красиво.
– Что тебе красиво?
– Красиво, что не пусто. – Он снисходительно ей улыбнулся. – Не зря позади несколько переездов. Когда слишком пусто, как в вашем Зырабинском, такая тоска вдруг возьмёт.
– Надо же. А я любила.
– Тоску?
– Горизонт.
Света улыбнулась, вспоминая, как бежала в сторону дома. Зачем бежать, когда у тебя есть крылья?