Билет

Я в каждый уголок Земли забился пылью, гарью,
жвачкой пересохшей, проедаемой.
Однажды упаду.
Но в этом мире
за чужими клетками,
на деле — за своими мерками,
и разнесёный всюду километрами
железных передряг,
дорог и и тектонических коряг,
я вспомню о запуганных и съёжившихся истинах,
о своре дворовых собак,
которых тоже хочется погладить,
                вспомню.
Я вспомню о порядках мизерных,
и выплетенных на шнурочке бисером.
Я вспомню про святую миссию,
и что её ведь тоже кто-то провалил,
я вспомню.

Пока мой мозг не разорвётся в натяжении
из-под ботинок пассажира-безбилетника,
так ищущего по полу билет,
ни то счастливый, ни то попросту проверенный,
чтоб предъявить его, похоже, на сожжении —
ни то ведь в рай не перепрыгнешь турникет —
я вспомню,
                что ведь лучше,
быть разорванным, раздавленным
для цели.
                Ведь так лучше?

И я смотрю в окно иллюминатора
на Землю, чистую, неугловатую,
и забываю о прошедшем дне

Вы знаете, ведь лучше быть расплавленным,
разодранным и испоганенным,
Чем в темноте бумажной пачки
                таять и дрожать.
Уж лучше — на коне. Уж лучше — в стачке.
Уж лучше Там всё вспомнить. А иногда —
                лишь на Земле не вспомнить, не понять.