Басня о Мопсе и Cartier

В разгар восхода где-то у Конго
Столкнулись два мира, (так вышло в обед).
Две дочери Африки: две гиены голодных
Увидели мопса — почти на омлет.
Он прибыл с хозяйкой смотреть на сафари,
Был очень породист, беспечен и свеж.
И дамы в кустах его чуть не разложили на стейки,
Когда разглядели ошейник и брошь.

О, леди, вы что? Это ж Дольче Габбана!
Сказал им надменно потомственный мопс,
Таких только три, по моим лишь лекалам,
Сам Дольче снимал их, устроив допрос!
Зачем тебе это? Похоже, удавка…
Спросила гиена, присев на траву.
То символ комфорта, любви и достатка,
Есть квота всегда, потому и живу!

А как вы живёте? — тут сморщился нос,
Без всяких гарантий, в саванне, одни?
Что львам не досталось, что вырвали с боем,
Тем и набиваем желудки свои.
Но как это так, в обход протокола?
Ведь это не уровень леди, вы можете боле!
Пёс с жалостью даже на дам поглядел,
Но время обеда, увы, истекало,
А стейк так манил и млел…

Сара, свой уровень мы чуть не потеряли…
Сказала сыто гиена сестре.
От мопса — лишь кости да ценный ошейник,
Как странная метка к несбывшейся мечте.
А сёстры-гиены…
Трусцой потрусили
На воле страдать.

Свобода и воля так дороги нынче,
Дороже комфорта, престижа и моды.
Гиене не нужен ошейник, пойми,
Пусть даже от Cartier, от большой любви.