Худой

Цо-
Кают
Копыта
Уколом слитое лицо
Куёт
Рынок сбыта.

«Так легла твоя фишка», – изрёк знакомый бесстрастно,
Уходя с лобового, вынесен с трассы,
Ветром в море снесло укрывающий тент,
Оземь с пика кинул меня существующий тренд.

Прости, старик,
Я просто хотел быть краше,
Стать для многих женщин крашем
И не заметил как мой лик,
Стал реально страшен.

И до того как губ углы пошли буграми
Я рухнул вниз, перевалившись за борт рамы.
Быть на картине – удел для быдла,
Так думал пока ещё там был я.
Я думал, что пускаю к счастью поезда –
Птенец крикливый выпал из гнезда.

Когда ты мчишься на подводных крыльях,
Забавным кажется перемещенье криля,
Закатывал глаза от мысли, что я их всех скорей.
И вот царь океанов и морей
Попался в невод индустрии.
Река моей истории
Излилась в бездну истерии.

Я воспевал свою на всех них непохожесть,
Теперь она обогатилась кожей,
Что где-то затянулась, где-то вышла в складки,
По-стариковски выглядит ребёнок сладкий.

Я помню, что с детства меня грела
Мысль овладеть портретом Дориана Грея,
Чтобы он вбирал в себя весь смрад и дым,
А я тем временем – был вечно молодым.

И до определённого этапа
Всё следовало заложенному алгоритму,
Ну, а потом взбродивший мусор сжатый,
Обратно выстрелил ножом и битой.

Как будто в носогубках резан,
А в щеках поколочен.
В тот миг споткнулся мерин резвый,
Когда успех как будто был упрочен.

Девчонку видел в клинике,
Тоже череп обтянулся кожей,
Плюс – гложет,
Что родить не может,
По-женски будто бы подверглась клинингу.

Прости, приятель, не хотел тебя обидеть,
Ты вышел на медицинский раунд
Без этого вопроса в мысленном бэкграунде:
"Как быть, когда не знаешь, куда себя деть?"

Ты просто следовал рекомендации,
Ты чист от загонов как куст акации.
Укол ты принял за ситуацию рабочую,
Я же изначально под иное был заточен.

Жил на уме себе сам
И потому был неспособен пережить утешенье,
Может, поэтому забивать ЖКТ пищей стал,
Чтоб заглушить 24/7 душевное жженье.

Не создал созидательной связи с другими,
Они для меня – немые мимы.
Из доступных ощущений: страх, недовольство,
Моё «я» не цветёт, встречаясь со светом Солнца.
Я будто заперт в яме,
К «я» направлено моё «я»,
Нет синтеза между «я» и «мы».

Ничто совне мне радость не приносит,
Ни запах лета, ни краски осени.
И потому хоть то – беда,
Но только еда,
Царапая гортань и натягивая ткани,
Заменителем бытия временно станет.

Моя душа не наполнена светом,
Потому наполняю себя пищей и дичью.
Я не приемлю советов,
Потому и не выйти за круг своих же привычек.

Механизм организма продавлен металлическим жалом,
А страсть к насыщенью всё так же осталась.
Так бабник кастрированный с порножурналом
Вызовет жалость.

Исказил структуру гармонии,
Переставив местами жизнь, верх, гибель, низ.
А потом подключился сбитый выброс гормонов,
Говорят, что та мед. процедура подавляет гипофиз.

Как будто во внешней жизни стало явным
То, что мокло во мне, как тряпка в ванной.
Что если хищный нынешний оскал,
Отобразил то семя, что лелеял и скрывал?