Острота нового чувства...

Из книги «Замок Броуди» Арчибальди Кронина.

... Тропинка, по которой они пошли, тянулась вдоль извилистого берега.
По одну сторону лежали росистые луга, городские пастбища.
Полная луна, сиявшая как полированный диск кованого серебра,
Плыла высоко в небе, среди серебряной пыли звёзд, и глядела
В таинственную глубину тёмной воды реки Ливена.

Временами на ее белый диск, сиявший так далеко наверху и в то же время
Заключённый в темном лоне реки внизу, набегали полосами тонкие струи облака
словно призрачные пальцы, заслоняющие глаза от невыносимо яркого света.

Они шли молча, завороженные красотой лунной ночи,
И воздух, дышавший росистой ночной свежестью и ароматами
Буйно разросшейся вокруг травы и дикой мяты,
Льнул к ним, касаясь их щёк, как ласка.

Перед ними над тропинкой летали, друг за другом, две большие серые бабочки,
Мелькая, как фантастические тени, над высоким тростником и осокой,
Которыми порос низкий берег Ливена; бесшумно кружась, во всех направлениях, они
Оставались все время вместе, не улетая одна от другой.

Их крылышки блестели в серебренном свете, как пылинки большие,
пляшущие в лунном луче, и шелест их полёта падал в тишину, как трепетание
падающего с дерева листа.

Река также текла почти неслышно, слабо плескаясь у берегов, и эта журчащая песня
казалась чем-то неотделимым от тишины ночи.
Молодые отошли так далеко от ярмарки, что о ней напоминали лишь огоньки вдали,
меркнувшие в лунном сиянии, да звуки духового оркестра,
долетавшие со слабым шепотом ветерка и смягченные тишиной вечера.

Но влюбленные не замечали ни музыки, ни луны, и хотя бессознательно они
Наслаждались красотой ночи, но видели друг друга.
От мысли, что они в первый раз наедине, словно эти двое отделены от всего мира,
Сердце девушки заливала трепетная радость, и оно колотилось бурно.

Да и парень, это испорченное дитя города,
был побежден новым, никогда не испытанным чувством.
Его умение вести легкий, пустой разговор, делавшее его душой всякого общества,
куда - то исчезло, источники комплиментов, которые текли естественно из уст его,
казалось, все высохли. Он молчал, как немой, и был, как на похоронах, мрачен.

Он чувствовал, что репутация его поставлена на карту, что необходимо
сказать что-нибудь, хотя бы сделать самое банальное замечание.
Но как ни ругал он себя мысленно болваном, простофилей, пустым человеком,
воображая, что он оттолкнет девушку этим глупым молчанием, язык его точно
прилип к гортани, а сердце было так переполнено, что он не мог заговорить даже.

Они шли рядом степенно, неторопливо, с виду спокойные,
но в каждом из них бурлил, прилив невысказанного чувства, и оттого,
что они молчали, чувство это все росло и росло.
Она испытывала самую настоящую физическую боль в сердце.

Они шли, тесно прижавшись друг к другу, и ощущение
его близости рождало в ней невыразимое томление,
безмерную тоску, которую облегчала лишь рука парня,
крепко прижимавшая ее руку, словно сковавшая ее трепещущее тело
с его телом и, как целительный бальза, успокоившая боль в груди.

... Далее читайте впереди. «Замок Броуди» (Со стр. 46).