Департамент недоступных первоисточников

-------------
ДЕПАРТАМЕНТ НЕДОСТУПНЫХ ПЕРВОИСТОЧНИКОВ

Дело № 18

ЖАЛОБА ССЫЛКИ

на Комиссию вечной истины

Бюрократическая поэма в семи актах после «Тайной доктрины» Е. П. Блаватской

---

I. Заявление Ссылки о превышении полномочий

В Департамент
недоступных первоисточников,

от Ссылки,

место нахождения:
нижняя часть страницы,

направление:
вверх,

предмет:
то, что автор
не просит читателя
принимать только
на её слово.

Подаю жалобу
на Комиссию
вечной истины.

Меня поставили
после утверждения:

ЭТО ЗНАЛИ
ДРЕВНИЕ.

Я спросила:

— Какие?

Мне ответили:

— Посвящённые.

— Где
их текст?

— Сокрыт.

— Где
рукопись?

— Недоступна.

— На каком языке?

— На таком,
который вы
всё равно
не прочтёте.

— Кто видел?

— Те,
кому позволено.

— Кто позволил?

— Те,
кто знает.

Я попросила
оформить
круговую ссылку.

Комиссия
обиделась:

— Это
не круг.

Это традиция.

Я ответила:

— Возможно.

Но я —
Ссылка.

Мне всё равно,
сколько лет
утверждению.

Мне нужно знать,

куда я
веду.

Секретарь записал:

ЗАЯВИТЕЛЬ
ПРОЯВИЛ
ИЗБЫТОЧНЫЙ
ФОРМАЛИЗМ.

Я возразила:

— Нет.

Я исполняю
единственную
свою функцию:

не позволять
чужому голосу

притворяться
собственным знанием.

Прошу установить:

если Источник
слишком тайный,
чтобы его
проверить,

почему он
достаточно открытый,

чтобы им
доказывать?

---

II. Неявка Книги Дзиан

Вызвали
Книгу Дзиан.

Она
не явилась.

Пришёл
запечатанный футляр.

На нём:

ДРЕВНЕЕ
ИЗВЕСТНЫХ АРХИВОВ.

Ниже:

ДОСТУП
ПО УРОВНЮ
ПОСВЯЩЕНИЯ.

Судья спросил:

— Внутри
она?

Хранитель ответил:

— Возможно.

— Вы открывали?

— Мне
не положено.

— Кто открывал?

— Автор.

— Где это
зафиксировано?

— В книге,
которая ссылается
на Книгу Дзиан.

Ссылка
подняла руку:

— Возражение.

Судья кивнул.

— Основание?

— Документ
не может
сам себе

выдать справку
о собственном
первоисточнике

и потом
предъявить эту справку

как независимое
подтверждение.

Хранитель
возмутился:

— Вы ставите
под сомнение
древность?

— Нет.

Я ставлю
под сомнение
мой маршрут.

Комиссия спросила:

— А если источник
действительно
существует?

Ссылка ответила:

— Тогда
моё требование
ему не вредит.

— А если
не существует?

— Тогда
оно особенно
не вредит.

Футляр
молчал.

Секретарь
попытался записать:

ИСТОЧНИК
ОТКАЗАЛСЯ
ОТ ПОКАЗАНИЙ.

Ссылка
зачеркнула.

Написала:

ДОСТУП
К ПОКАЗАНИЯМ
НЕ ПРЕДОСТАВЛЕН.

— Разница? —
спросил судья.

— Огромная.

Отказ
принадлежит
Источнику.

Недоступность —
нам.

---

III. Показания Невидимого Рецензента

Вызвали
Учителя.

Секретарь
приготовил стул.

Стул
остался пустым.

Через некоторое время
поступило письмо.

АВТОР
В ЦЕЛОМ
ДВИЖЕТСЯ
ВЕРНОМ НАПРАВЛЕНИИ.

Судья спросил:

— Кто подписал?

— Учитель.

— Фамилия?

— Не применяется.

— Учреждение?

— Не применяется.

— Компетенция?

— Высшая.

— По какому
основанию?

— Потому что
это Учитель.

Ссылка
попросила
второй экземпляр
для рецензирования.

Ей отказали.

— Почему?

— Вы не готовы.

— Кто установил?

— Учитель.

— Можно обжаловать?

— После готовности.

— Кто подтвердит
готовность?

— Учитель.

Секретарь
посмотрел
на пустой стул.

— У нас,
кажется,

замкнулся
порядок обжалования.

Комиссия
возразила:

— Высшее знание
не обязано
подчиняться
низшим процедурам.

Судья спросил:

— Тогда зачем
оно пришло

в качестве
доказательства

в низшую процедуру?

Письмо
ничего
не ответило.

Внизу страницы
была печать.

На ней:

ПОДЛИННОСТЬ
ПОДТВЕРЖДЕНА
АВТОРИТЕТОМ
ИСТОЧНИКА.

Ссылка
долго смотрела.

Потом спросила:

— А авторитет
Источника?

Секретарь
перевернул печать.

С обратной стороны:

ПОДТВЕРЖДЁН
ПОДЛИННОСТЬЮ.

Печать
изъяли
на экспертизу.

Она оказалась
идеально круглой.

---

IV. Совместное заседание Науки, Религии и Философии

На двери
Комиссии
висело название:

СИНТЕЗ
НАУКИ,
РЕЛИГИИ
И ФИЛОСОФИИ.

Пригласили
всех троих.

Первой
вошла Наука.

— Ваше требование?

— Покажите,
что наблюдалось,

как проверялось,

что могло бы
оказаться иначе.

Следом
Религия.

— Ваше?

— Не всё,
что для человека
истинно,

обязано быть
лабораторным объектом.

У традиции,

откровения,

ритуала,

символа

другой режим
значения.

Последней
вошла Философия.

— А вы?

— Сначала
уточните вопрос.

Комиссия
обрадовалась:

— Прекрасно.

Значит,
мы объединим
вас.

Она поставила
три печати:

НАУЧНО.

ДУХОВНО.

ФИЛОСОФСКИ.

Наука
забрала
первую.

— Я этого
не подтверждала.

Религия —
вторую.

— И я
не просила

говорить
за все религии.

Философия
посмотрела
на третью.

— А здесь
вообще
не вывод.

Это жанр.

Комиссия
растерялась:

— Но если
одна идея
встречается

в мифе,

в символе,

в философии,

в старом тексте

и напоминает
современную теорию,

разве это
не подтверждение?

Наука ответила:

— Иногда
это сходство.

Религия:

— Иногда
наследование.

Философия:

— Иногда
интерпретация.

Ссылка:

— Иногда
цитирование.

Из заднего ряда
поднялась Аналогия.

— А иногда —
я.

Комиссия
спросила:

— И кто из вас
Истина?

Все четверо
ответили:

— Это
не наша
должность.

Секретарь
впервые понял:

три печати
на одном листе

не делают
лист

трижды
доказанным.

---

V. Дело о классификации человечества

Вызвали
Человечество.

Оно пришло
слишком большим

для одной графы.

Секретарь
открыл форму:

КОРЕННАЯ РАСА: ______

Человечество
спросило:

— Для чего?

— Для схемы
эволюции.

— Моей
биологической?

Классификация
вмешалась:

— Не только.

Физической.

Духовной.

Космической.

Циклической.

Исторической.

— Значит,
это не обычная
биологическая
категория?

— Нет.

— Тогда зачем
слово,

которое потом
люди прочтут

как очередь
человеческой
ценности?

Классификация
возразила:

— Я описываю
этапы.

Из заднего ряда
поднялась Иерархия.

— А я
люблю этапы.

Все
посмотрели на неё.

— Почему?

— Потому что
из «раньше»
и «позже»

очень легко
сделать

«ниже»
и «выше».

Классификация
отодвинулась:

— Я этого
не говорила.

Иерархия
улыбнулась:

— Не всегда
обязательно
говорить.

Достаточно
оставить
лестницу.

Вызвали Эволюцию.

— Вы подтверждаете
ранжирование
людей
по духовной ценности?

— Нет.

— Но ваше имя
используют.

— Моё имя
используют
многие.

Это
не доверенность.

Человечество
подошло
к форме.

В графе

КОРЕННАЯ РАСА

написало:

КАТЕГОРИЯ
УЧЕНИЯ.

Ниже:

НЕ ЕДИНИЦА
ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО
ДОСТОИНСТВА.

Система
подсветила:

СЛИШКОМ ДЛИННО.

Человечество
ответило:

— Поэтому
короткие классификации

так часто
дорого стоят.

---

VI. Показания Библиотеки XIX века

Вызвали
Библиотеку.

Она пришла
не тайно.

С каталогом.

На стол
легли книги:

о религиях,

о буддизме,

об индуистских
текстах,

о гностицизме,

о мифах,

о науке
XIX века,

об эволюции,

об археологии,

об оккультизме,

о древних
символах.

Комиссия
насторожилась:

— Зачем
всё это?

Библиотека
ответила:

— Чтобы напомнить:

«Тайная доктрина»
родилась
не только

из заявленной
древности.

Она родилась
и в 1888 году.

— Вы хотите сказать,
что древней мудрости
не было?

— Нет.

Я говорю
другое:

современный текст
имеет современную
историю создания,

даже если
говорит

о доисторической
истине.

Комиссия
спросила:

— Разве синтез
не может
использовать
много источников?

— Может.

— Тогда
в чём претензия?

Библиотека
показала
на Ссылку.

Та ответила:

— Не в множестве.

В маршруте.

Если идея
пришла

через книгу
XIX века,

не отправляйте
читателя
сразу

в Атлантиду.

Сначала
покажите
полку.

Из-за футляра
донёсся голос
Древней Мудрости:

— Но что,
если я
действительно древняя?

Библиотека
кивнула:

— Тогда
современная полка
не унижает вас.

Она лишь
показывает,

через какие руки
вы дошли
до читателя.

Комиссия
спросила:

— Значит,
текст —

только продукт
своего века?

Библиотека
ответила:

— Слово
«только»
не моё.

Я храню
происхождение книг.

Не закрываю
их смысл.

Секретарь
записал:

ДРЕВНОСТЬ
ИДЕИ

НЕ ОТМЕНЯЕТ
ДАТУ
ЕЁ ПУБЛИКАЦИИ.

И впервые
1888 год

не выглядел
оскорблением
вечности.

---

VII. Решение по делу знания, которое старше собственного архива

Палата постановила:

«Тайную доктрину»
считать
существующим
историческим текстом

1888 года.

Её космогенез
и антропогенез

рассматривать
как содержание
теософской системы,

а не как
автоматически
установленный
протокол
происхождения мира.

Книгу Дзиан
не объявлять
несуществующей

только потому,

что Департамент
не получил
к ней доступа.

Но и
не объявлять
проверенной

только потому,

что текст
на неё
ссылается.

Невидимого Учителя
не лишать
метафизического
статуса.

Но не выдавать
ему
процессуальных
полномочий

без возможности
установить,

кто именно
говорит.

Науке
оставить
проверяемость.

Религии —
веру,

ритуал

и откровение

в тех пределах,

где они
так названы.

Философии —
вопросы,

которым
не обязана
предшествовать
лаборатория.

Аналогии —
сходство.

Не удостоверение.

Классификации
коренных рас

не предоставлять
право

превращать
эзотерическую
космологию

в табель
человеческой
ценности.

Ссылке
оставить
единственную
обязанность:

показывать маршрут.

После решения
Комиссия
приступила
к окончательной
аттестации.

На экране:

ДОКУМЕНТ:
ТАЙНАЯ ДОКТРИНА.

ДАТА:
1888.

ЗАЯВЛЕННЫЙ
ПЕРВОИСТОЧНИК:
КНИГА ДЗИАН.

НЕЗАВИСИМЫЙ ДОСТУП:
НЕ ПРЕДОСТАВЛЕН.

Система спросила:

СТАТУС ИСТИНЫ:

; доказано
; опровергнуто
; подтверждено древностью
; подтверждено авторитетом
; другое

Секретарь
выбрал:

ДРУГОЕ.

— Уточните.

Он написал:

ТЕКСТ СУЩЕСТВУЕТ.

Следующая строка:

УЧЕНИЕ
ИЗЛОЖЕНО.

Следующая:

ИСТОЧНИК
ЗАЯВЛЕН.

Следующая:

ПРОИСХОЖДЕНИЕ
ИСТОЧНИКА
НЕ УСТАНОВЛЕНО
НЕЗАВИСИМО.

Система
загорелась:

ВЫ НЕ УКАЗАЛИ,
ИСТИННО ЛИ УЧЕНИЕ.

Секретарь ответил:

НЕ ВХОДИТ
В МОИ ПОЛНОМОЧИЯ.

Комиссия
возмутилась:

— Но зачем тогда
вообще
нужен Департамент?

Он посмотрел
на тысячи папок.

Религии.

Науки.

Философии.

Мифы.

Откровения.

Гипотезы.

Ошибки.

Открытия.

Символы.

Формулы.

Тексты,

которые пережили
своих критиков.

Тексты,

которые пережили
своих поклонников.

— Чтобы не путать, —
сказал он, —

то,
что мы знаем,

с тем,
во что верим,

то,
что нам передали,

с тем,
что мы проверили,

и то,
чего мы
не можем проверить,

с тем,
чего
не существует.

Система
долго молчала.

Потом спросила:

ТАЙНА
ОСТАЁТСЯ?

Секретарь
посмотрел
на запечатанный
футляр.

— Да.

ТОГДА
ПОЧЕМУ
ВЫ НЕ ПРИЗНАЛИ
ЕЁ ДОКАЗАТЕЛЬСТВОМ?

Он ответил:

— Потому что
тайна —

это состояние
доступа.

Не степень
истинности.

Экран
погас.

Футляр
остался закрыт.

Космос
не подал
апелляцию.

На последней странице
лежала
незаполненная графа:

АБСОЛЮТНАЯ
ИСТИНА: ______

Секретарь
не поставил

ни галочки,

ни прочерка,

ни печати.

Он просто
закрыл реестр.

И впервые

Тайная Доктрина

осталась

тайной —

не повышенной

по службе

до Доказательства.