Останкино

Над топью ржавой туман клубился,
Где сел погост без крестов и имён.
На костях бедняков исполин возродился —
Блестящий кошмар из стекла и времён.

Там Марьина Роща впотьмах хоронила
Чумных, утопленников, бедных сирот.
Лазаря память землёй заносило,
Стирая безымянный серый народ.

И под пятой железобетонной
Ток прорывает невидимый слой.
Останкино встаёт вороньей колонной,
Бьётся над спящей столицей земной.

Шумит передатчик на мёртвой основе,
Ловит эфир голоса изнутри.
И кровь проступает на сером покрове
В преддверии страшной, безмолвной зари.

Всползает к вершине горбатая тень —
Старуха с вестью скорой беды.
Она предрекает, что солнечный день
Сменится пылью и пеплом воды.

В залах господских шелка потемнели,
В усадьбе пустой — шепотки мертвецов.
Актрисы-крепостные здесь не старели —
Они выходят из рам без оков.

Сквозь сетку частот и экранов сиянье
Прорвался глухой, нечеловеческий стон.
То духи болотные ткут заклинанья,
Поймав мегагерцы в невольничий сон.

И шпиль, как меч чернокнижника, ранит
Слепое, седое нутро облаков.
Пока этот замок эфирный шаманит,
Питаясь молчаньем древних веков.