Наждак

  Я крайне неохотно вспоминаю своё паскудное детство, но память живёт по своим законам, то и дело врываясь флешбэками в и без того fucked-up reality. У матери лишних денег не было, а клянчить у неё горбом заработанные мне не хотелось, поэтому я всячески стремился к финансовой автономности. Приходилось вязать самодуры на ставриду из крашеных индюшиных перьев и японской лески и продавать по воскресеньям на Привозе. Меня с пелёнок тянуло к ремесленникам и слово "бучарда" я услышал раньше, чем "комсомол". Наверное, интерес к технологиям и прикладной химии был моей биологической потребностью. Иногда я вырезал с помощью самодельной бормашины мундштуки из эбонита в виде усатого индуса и сбывал одноклассникам. Делал фотопортреты на заказ, серебрил канделябры и оклады, смывал старый лак с комодов и перекрывал заново. Помню, как получил пятирублёвый гонорар за опыт с электрофорезом в журнале "Химия и жизнь". На мороженое хватало, но нужно было двигаться дальше.Однажды блуждая по хозяйственному магазину, я увидел точило с загадочной надписью «Бештау». Что это значило, я понятия не имел, но стоило оно треть тогдашней зарплаты инженера. Ноги сами несли меня после школы в хозмаг, словно в Мекку. Точило представлялось мне священным Граалем, способным внести гармонию в вездесущий  кондовый треш. Поведав свою проблему бабушке, упокой Господь её душу, я услышал в ответ: «Я научу тебя рыбачить и продавать улов». Снасти представляли собой четыре нержавеющих сварочных электрода без обмазки. С одной стороны каждого привязывались по два куска тонкой лески с крючками-заглотышами, а с другой — толстая леска с ярким поплавком. Наживкой служила свежая креветка. Нужны были ласты, маска, трубка и умение плавать под водой. Распихав электроды с наживкой под камни, я выбирался с посиневшими губами на берег. Бабушка терпеливо ожидала меня на горячем камне и подкармливала бутербродами. Будучи рыбачкой, плавать она не умела, но море любила всей душой — как может любить его только южанин. Через полчаса я вытаскивал снасти с бычками. На берегу уже выстраивалась очередь из приезжих, желающих купить свежую рыбу. Спустя какое-то время у нас было уже две вязки бычков.
— Смотри, простой трюк, но так ты быстрее продашь, — говорила бабушка Мария, переворачивая вязку бычков вверх ногами и беря её снизу. Бычки веером раскрывались во все стороны, и вязка казалась больше. Через неделю я был обладателем заветного точила. Из полотна механической пилы я вырезал клинок, выбрал бормашиной долы, отворонил в специальном составе и насадил гарду. Рукоятку сделал из куска бакаута, который мне подогнал сосед-моряк. Из болванки корабельной бронзы соорудил навершие и вскрыл рукоять эпоксидной смолой с ацетоном. Тесак получился знатный.
Я обменял его по случаю у знакомого охотника на трёхсотграммовый серебряный портсигар. Месяцем позже мне удалось сделать эксчендж портсигара на ювелирные вальцы и начать осваивать изготовление цепочек. Но это из другой оперы.