Шутил, шутил, что было прыти,
Паяц, взойдя на эшафот.
Казнили молча, без улыбки,
Без смеха, без иных хлопот.
Шутил паяц, ругая Бога —
За что, сам Бог не разберёт.
Толпа шепталась понемногу:
«Паяц шутил, что шут умрёт».
Паяц шутил, шутил со скуки —
Толпу никто не веселит.
Он сам себя ведёт на муки,
На суд людской — толпа шептит.
Шута казнить — не то веселье,
Какой бы ни был, всё же шут.
И дошептались до прощенья,
Правда, за что — не разберут.
И обвиняли ли вообще?
Он сам себя оговорил,
Себя же сам на эшафот…
Вот бы ещё себя казнил!
Себе и голову долой —
Под гильотину, острый клин,
Или двуручною пилой…
Вот бы народ повеселил!
Но у паяца трудный день,
Паяц и сна не знал в ночи.
Он опрометчиво узнал:
«Что бы услышали — молчи».
И замолчал паяц — тогда
К нему прислушалась толпа.
С тех пор в корзине голова
Молчала нужные слова.
Шутил, шутил, что было прыти,
© Copyright: Денис Шешеня 2, 2026
Свидетельство о публикации №126102207603
Свидетельство о публикации №126102207603
Рецензии