Ноябрь как всегда впереди

и снова над пажитью облако-птица
и вновь флаг измены желтеет в груди
ты можешь как Чёрный до ж..пы упиться
и броситься в омут на старой меже

ты бродишь с ружьишком по мокрой погоде
промок номер двадцать* устали глаза
ты точно забыл о творительном коде
и трусость кусает гортань как гюрза

забыты фанфары и август и пушки
могилы бессмертны как божий погост
опять с «калашом» учит деток жить Пушкин
для смерти придуман спасительный ГОСТ

и время летит над межою как ворон
и бьются в истерике колокола
Орёл и Шатура пасутся под вором
Воронеж и Талка – кругом только мгла

ходили налево ходили направо
сжигали наотмашь поля и кресты
у бедности нашей святая оправа
неужто ещё недотумкала ты

орёл византийский исконно советский
голландский навечно в душе триколор
стоит Медный всадник ни разу не шведский
Андрей Первозванный рыбак и помор

всё наше родное ч..ка и промзоны
Аляска и Рига барокко и крест
над кладбищем сельским гуляют муссоны
шальной мужичонка богаче чем Крез

октябрьское небо туманно и серо
убит мой товарищ в чужой стороне
московская осень пропитана серой
я будто родился в умЕршей стране

и косит под вечность мой вечер последний
орёл словно ворон уснул на груди
безумные листья витают как слепни
и только ноябрь как всегда впереди...


*номер двадцать - калибр ружейного патрона