Не мерить по линейке

(Куплет 1)
Мы привыкли мерить по линейке,
По имперской карте вековой.
Одиннадцать полков на старой рейке —
Вот и весь портрет перед тобой.
Но за рамкой, в глубине столетий,
Где не властен строгий документ,
Там живут иные поколенья —
У каждого свой путь и свой завет.
Не смотри на общую нашивку,
Не равняй по выцветшим гербам.
Здесь не строят общую калитку —
Каждый курень помнит свой штурм.

(Припев)
Не суди о мире по уборке куреня,
Где на Дону — подсолнух и стерня.
На Кавказе — каменная сакля,
А в степях Срединных — юрта ждёт меня.
От Карпат до чума на Чукотке,
От сибирских вьюг до кавказских скал —
Сотни разных судеб в каждой сводке,
Казачий мир не вклеишь в идеал.
Это не витрина, не страница,
Где застыл в стекле седой быт.
Это в лицах, в памяти хранится,
В том, как сердце на ветру горит.

(Куплет 2)
Кто такой казак? Спроси у ветра,
Он бывал беглец и государев страж.
От акритов Византийского рассвета
До застав на рубеже пропаж.
Славянин, тюрчанин, сын Кавказа —
Вольный дух, не знающий цепей.
Сторожили тропы, били мразом,
Всех, кто шёл на жен и на детей.
Но не только сабля их кормила,
Не всегда в седле горел их век.
Землю пахали, что есть силы,
Был казак — и пахарь, и стратег.
Статус «вольный» — это не гулянка,
Не вседозволенность в хмельном пиру.
Это служба, это в поле лямка,
Это верность государеву двору.

(Припев — укороченный, для динамики)
От Карпат до чума на Чукотке,
Сотни разных судеб и дорог.
Казачий мир — не строчка в сводке,
Не музей, а живой огонёк.
В лицах, в памяти, в дыханье ветра —
В том, как сердце на ветру горит.

(Бридж)
Пётр ввёл подушный, строгий счёт,
Смешал беглецов и гарнизоны.
Но в каждом войске свой расчёт,
Свои неписаные законы.
Там, где граница — там и стан,
Там, где сосед — там свой обычай.
Один кумыс, другой — стакан,
Но общий долг и клич казачий.
Коллективизм, семья и честь,
Мобильность, воля и отвага.
В ком эта закалка есть,
Тому не страшен гнёт и плаха.

(Аутро)
Ложка в Доне — простая ложка,
В горах её зовут иначе.
Так и мир казачий — не одна дорожка,
А сотни троп, что шли сквозь ночи.
Не пытайся мерить их одной меркой,
Не своди к одной картинке.
Сила — в умении держаться крепко,
Держать рубеж и помнить имена.
Сквозь сотни разных верениц
Стержень есть один — он в вере, в Боге,
В том, что держит тысячи границ.