Все не будет, как прежде

Все не будет, как прежде -
В серебре облака,
Люди в ярких одеждах,
В мелкой ряби река.

Станет небо темнее,
Станет красной луна,
Вздернут правду на рее -
Пусть умолкнет она.

И не сбыться надежде,
И добру не бывать.
Не сомкнет ночью вежды
Безутешная мать.

Будут серые люди
Изнывать от тоски,
И пророков на блюде
Пронесут языки.

Чтоб не смели пророки
Жечь глаголом сердца,
Чтоб забыли уроки
Саваофа - Отца.

И от радостной рощи -
Лишь осиновый кол,
От здоровья и мощи -
Героина укол.

Будет горечь пожарищ
Жечь больные глаза,
Отвернется товарищ,
Тот, что выступил за.

Он ни в чем не виновен,
Он давно позабыл,
Как обрубками бревен
Тот костер он топил,

Где у ратуши старой,
Словно небу привет,
Жгли того, кто упрямо
Все же вымолвил: нет.

Ах, небесные хляби,
Страшный древний потоп!
Нам насущного хлеба
Уж не вымолит поп.

Не вернется голубка,
Не забрезжит земля.
Станет море, как губка
От лихого огня.

Отвернутся в молчании
От людей небеса,
Не «Благое молчание» -
Лютой смерти коса.

Будет совести рана,
Как ввалившийся нос.
Наши струпья упрямо
Уж не вылижет пёс.

И архангелов трубы
Вострубят над землей,
Сразу лживые губы
Станут просто золой.

Ляжет скверный прибыток
В распростертую длань,
И совьется, как свиток
В небе звездная даль.

И продлится агония
На земле и окрест.
И сожмется в ладони
Кипарисовый крест.