Тихий океан

Студёный вал встаёт стеной отвесной,
Свинцовый небосвод набух дождём.
И чайка вскрикивает над бездной,
О чём-то вечном, но уже о своём.

Здесь сердце замирает раз в год —
В тот самый миг, когда прибой ревёт,
И бьётся вечно, слитое с водой,
Студёной, тёмной, солёной и живой.

Прибрежный камень точит пена лет,
И ветер рвёт туман в клочки седые.
Свинцовый свод роняет тусклый свет,
На воды, безнадёжно ледяные.

И чайка, что кричит над пенной грядой,
Не ведает, куда летит, — и всё же.
Ей вторит сердце, полное отрадой,
Что этот берег для него дороже.

Студёный вал, свинцовый небосвод,
И чайки крик над пенною грядой.
Здесь сердце замирает раз в год —
И бьётся вечно, слитое с водой.

Студёный вал срывается с цепи,
Гудит в ночи, как зверь в стальной трясине.
И пенится у каменных границ,
И дышит стужей в заспанной низине.

Он бьёт в гранит — и катится назад,
Свивая снег с обломками ракушки.
И в чёрной глубине его глаза,
Горят холодным блеском без игрушки.

А утром — тишь. Лишь мокрый след на мху,
Да гребни льда, застывшие у мола.
И чайка, проклиная чепуху,
Кричит, что море снова невесело.