Зерабулак

 (Версия 2.0 — Песок в зубах)
(Куплет 1. Песок)
Песок в зубах. И солнце — в глаза.
Четыре утра. Зерабулак.
Здесь воздух дрожит, как струна под рукой.
Их тридцать пять тысяч. Нас — две с половиной.
Но точка на карте — не шёпот в тиши:
Пистолькорс ушёл на левый их фланг.
И в горле — наждак. И дыханье — враз.
Считай. Не спеши. Только не на «раз».

(Куплет 2. Картечь)
Сарбазы не ждали. Они — как стена.
Но дрогнула их боевая волна.
Картечь рвёт ряды. Казаки — в обгон.
Бухарская сталь превратилась в погон.
Но в этой пыли, в этом лязге и мгле
Наш малый отряд — двести восемьдесят на земле —
Ушёл в штыковую. Пробил. Проскочил.
Семнадцать — «тяжёлых». И полк отступил.

(Куплет 3. Винтовка)
Здесь нет рукопашной. Здесь есть интервал.
Винтовка — не сталь. Винтовка — обвал.
Сарбаз поднимает булат — и падает.
Сарбаз поднимает — и падает.
Мы бьём на выбор. Мы рвём их на свет.
Нарезные пушки. Железный лафет.
И в три раза — разрыв. И в три раза — разор.
И степь замолкает. И больше — ни слов.

(Припев. Вполголоса)
Зерабулак. Июньский зной.
Две тысячи. И мы — стеной.
Не числом. Не криком. Железом. Короче.
Зерабулак. Песок и кровь.
И пуля — единственный счёт.

(Финал. Кода)
Десять утра. Тишина. Пустота.
От тридцати тысяч — лишь горстка скота.
Две сотни охраны. Разбитый обоз.
И запах сожжённой травы и навоз.
Мы сели на скатки. Достали сухарь.
Июльское солнце. Июньская гарь.
Никто не кричал. Мы молчали. Мы ели.
И просто смотрели, как пушки глядели.