***

В колдовском ядовитом огне
Танцевала моя кицунэ.
Кожу нежную грела под шкурой лисы,
Улыбалась презрительно мне.
А в глазах её искорки зла - наглецы -
В ритме пляски тянулись к луне.

Ей облава - всего лишь игра,
В вечной бегстве за зыбкую грань,
Она крала сердца, уносила с собой,
В свой запретный неведомый край.
Пожирала несчастных слепая любовь,
И бросала в золе догорать.

Вот в руке моей тонкая кисть,
Дым тяжелый вздымается ввысь.
В голове чуждый голос, едва различим,
Прошептал только слово: «Борись».
Но в прекраснейшей самой из сотни личин
Она - власть. Наши губы слились.

Завтра будет она не со мной.
Ревность горло мне сжала клешней,
И от этого сердце вдруг стало дрожать,
В нем смешались и холод и зной.
Её тело обмякло с ударом ножа,
Её крик был убит тишиной.

Гасли звезды в небесном окне,
Умирала моя кицунэ.
Её вечную страсть к одному только мне
Я купил по высокой цене.