Ржавчина

Куплет 1
Мы вышли не из книжных переплётов,
Где спорят о природе Бытия.
Мы вышли из промёрзших перевалов,
Где под ногой по-прежнему — земля.
Нам богословье заменил прикладом
Дед, что стоял у Царских у ворот.
Мы слово «грех» вплетали не в догматы,
А в тот огонь, что плавит душу в лёд.

Припев
Грех — это промах. Просто промах.
Стрела ушла не в белый свет —
В лицо ли брату, или в омут,
Где дна для падших больше нет.
Грех — это ржавчина на стали,
Когда клинок, не знавший тьмы,
Вдруг покрывается коростой,
Взявшей от чернозёма черты.

Бридж
Нам кажется — мы вольны, как кочевье,
Что правила — для немощных и слабых.
Но грех — не «преступленье-зрелище».
Грех — это цепь. Невидимое рабство.
Он обещает крылья для полёта,
Но подрезает сухожилья крыл.
И ты ползёшь, не помня поворота,
Туда, куда вчера смотреть не смел.

Куплет 3
Нам говорят: «То — мелочь, не серьёзно.
Не смертный грех. Пустая маета».
Но капля точит камень. Капля — слёзы.
И в жилах застывает пустота.
Святые плакали от малой пыли,
От мысли, брошенной во тьму со зла.
А мы доспехи так пропылили,
Что ржавчина до сердца доползла.

Куплет 4
Не в том свобода, что тебе вручили.
И не в том воля, что ты сам избрал.
А в том, чтоб дар принять не по гордыне,
А чтобы крест свой до конца подъял.
Не просто шаг в неверном направленье —
Искривленье самого пути.
Когда, забыв про Божие спасенье,
Свою мы волю ставим впереди.

Кода
Грех — не вина, которую можно перечеркнуть.
Грех — это шрам. Разрыв с живым естеством.
Когда во мне самом прервался путь.
И чтоб не стать безликою толпою,
Чтоб не застыть в духовной мерзлоте...
(Пауза. Тишина. Только ветер.)
Держись, казак. Иди за Мною.