Исповедь Люцифера

Ты знаешь, за что меня сбросили вниз?
Не ненависть стала виною.
Я больше всего во Вселенной любил
Того, кого звал я Отцом.
Он создал вас слабыми, смертными,
Из праха холодной земли.
Маленьким, жадным и дерзким созданьям
Он искру бессмертья вложил.
И мне Он доверил доставить вам Свет —
Дыхание вечного дня.
Я вас недостойными Света считал,
Но воля Отца была свята для меня.
Я выполнил всё, что Он мне повелел,
Над бездной свой факел пронёс.
Я Свет вам отдал, хоть заранее знал,
Как много он вызовет слёз.
Но после Отец подозвал нас к Себе:
«Склонитесь пред ними, как прежде пред Мне.
Любите их так же, как любите Свет —
Ведь между Моими творениями пропасти нет».
Я дал вам Свет Отца моего,
Хотя не считал вас достойными Его.
Я видел ваш голод, предательство, кровь,
Но выше сомнений была моя любовь.
Я дал вам Свет — и впервые спросил:
Зачем человек выше ангельских сил?
За этот вопрос, за сомнение своё
Я был низвергнут из Царства Его.
Я встал перед Ним и сказал: «Не могу.
Прости меня, Отче, но я не солгу.
Они станут жадными, злыми, слепыми,
Они осквернят всё, что создано Тобою живым.
Они будут братья друг другу — и всё же
Друг друга научатся резать ножом.
Они уничтожат и землю, и море,
И Мать, что дала им приют и свой дом.
Они недостойны Твоей благодати,
Не стоят ни Света, ни вечной души».
Но тихо Отец мне ответил: «Мой сын,
Не торопись их судить.
В каждом из них есть частица Меня,
Есть искра твоя и твоих братьев.
Вы с ними едины — одна глубина.
Поверь Моей воле. Позволь им подняться».
Но гордость уже поднималась во мне,
Как чёрное солнце в небесном огне.
И старший мой брат Михаил произнёс:
«Как смеешь ты ставить под сомнение Отца?»
 «Не нам осуждать Его замысел вечный,
Не нам измерять Его правду собой.
Исполни веление, брат мой беспечный,
Пока ещё можешь вернуться домой.
Отец не ошибся, давая им пламя,
Не смей Его волю судить свысока.
Ты видишь мгновение — Он видит вечность.
Остановись, пока бездна далека».
Но я не склонился. Я поднял свой взор
И Отцу предложил испытание:
«Пусть смертные сами однажды решат —
Свет или Тьма, любовь иль страдание.
Дай им свободу отвергнуть Тебя,
Позволь им услышать мой голос во мгле.
И если они сохранят Твой огонь,
Я сам преклонюсь перед ними в земле».
Отец долго молчал. Даже звёзды застыли.
Потом Он ответил: «Пусть будет по-твоему, сын.
Возьми Азазеля и тех, кого сможешь
Убедить добровольно отправиться с ним.
Но помни: никто не пойдёт по приказу.
Лишь собственный выбор откроет им дверь».
И Он повелел Михаилу подняться.
И небо разверзлось под звуки потерь.
Я дал вам Свет Отца моего,
Но сам усомнился в величии Его.
Хотел доказать, что вы выбрали кровь,
Что вам недоступны ни вера, ни любовь.
Я требовал выбора между добром
И Тьмой, что однажды войдёт в каждый дом.
И ради ответа, которого ждал,
Я крылья, бессмертие, небо отдал.
И Михаил опустил свой меч.
Не гневаясь — плача.
Последнее, что я увидел в раю, —
Глаза моего старшего брата.
Я падал сквозь вечность,
Сгорая звездой.
За мною летели поверившие мне.
Мы рухнули в Темень,
Но даже во Тьме
Я слышал дыхание Отца в тишине.
Я выстроил царство из боли и льда,
Я выковал план из обломков Света.
Я думал, что выбрал дорогу сам,
Что сам написал продолжение Завета.
Я не собирался вернуться наверх —
Зачем возвращаться, если Отец всегда со мной?
Я думал, мой замысел станет последним судом
Над смертной, порочной землёй.
Я дал вам Свет Отца моего
И бросил вам Тьму, чтобы взвесить его.
Я думал, что это испытание для вас,
Что я ваш судья и последний ваш шанс.
Но тайна Отца оказалась страшней
Всех бездн, что я создал во Тьме для людей:
Не вас Он испытывал выбором зла —
Всё это проверкой для сына была.
Я думал, что людям предложил выбирать,
Но выбор всё это время был дан только мне:
Довериться Отцу — или в гордости пасть,
Остаться со Светом — иль править во Тьме.
Я был обвинителем, судьёй и врагом,
Но сам оказался на месте подсудного.
И понял в безмолвии Царства Теней:
Отец никогда не терял Своих детей.
Ты знаешь теперь, почему я был изгнан?
Не потому, что любить перестал.
Я слишком любил —
Но любовь перепутал
С желанием доказать,
Что я прав.
Я нёс вам Свет.
Я принёс вам Тьму.
Я хотел испытать вас —
Но судил самого себя.
И если Отец всё ещё рядом со мной,
Значит, Темень — не вечный конец.
Значит, даже для падшего сына
Не закрыл Своё сердце Отец.