Так надо

[Интро]

Кто густо сеет, тот щедро жнёт…
(пауза)
А кто всё умеет — тот не придёт.
Я пришёл.
И принёс бит.

[Куплет 1]

Холодный чай третий час остывает,
На экране — седьмой черновик, не спасает.
«Семь раз отмерь, один отрежь» — я семь раз переписал,
А в личку прилетает: «Сделай проще, чтоб качало».

«Слово — серебро, молчание — золото» —
Но сейчас мне нужен бит, а не тишина.
Менеджер пишет: «В чартах любят короче»,
А старцы шепчут: «Опустоши сосуд, знания войдут».

[Пре-припев]

Я столько всего знаю…
И ничего не понимаю.
Опустошаю сосуд.
Пусть знания войдут.

[Припев]

Читаю на ночь я псалмы,
И снятся мне святые сны.
(бэк-эхо) Пусть мудрость будет частью бита — и меня.

[Куплет 2]

Вчера в 3:14 утекло моё демо —
Чужой человек смеётся над моим куплетом.
«Тайное становится явным» — да, спасибо, я в курсе,
Только явным стало не искусство, а мой черновик в мусорке.

«Не хлебом единым» — я и не спорю,
Соблазн велик: бас пониже да смысл на второй план.
Много слов — мусор.
К;п с;з — ташландык.
Оставляю бит. Оставляю одну фразу.

«Гора с горой не сходится» —
А я сошёлся с этим грувом, и пусть не идеально.
По лайкам поймёшь, кто твой слушатель,
По скипам — кто твой судья.
Я не сужу. Но список у меня есть.

[Бридж]

Что важнее: чтобы качалось…
Или чтобы осталось?
(шёпотом)
Пусть качает.
Но пусть и остаётся.
(сбой ритма, тишина)
Слышишь? Это не сбой — это я.
(возврат в грув)

[Блок — тихо, почти без бита, бас на педали]

Трудно признать, что мой седьмой черновик
Старцы написали до меня.
Что без молитвы в кровать не ложились —
Молились Тому, кто был распят.
Спас всех.
(пауза)
Это — другое: не правило, а дверь.
Простое. Живое.
(пауза)
Теперь я сам стою у этой двери.
Кто откроет?
Вот стук.
(один удар перкуссии вместо «тук тук»)
Кто?

[Припев — усиленный]

Читаю на ночь я псалмы,
И снятся мне святые сны.
(бэк-эхо) Пусть мудрость будет частью бита — и меня. И тебя.

[Аутро]

«В тихом омуте черти водятся» —
А в тихом миксе — злые басы.
Они шепчут мне: «Ещё один дубль».
(далёкое, размытое эхо) Ещё один!
(медленный отход баса, остаётся пульс)
Но язык не порезать.
Он живёт в битах.
Пока бьётся главное внутри.
Ты говори.
(сухо, без реверба, в такт пульсу — три удара бочки)
Так было.
Так будет.
Так надо.
(затухание — после последнего слова)

P.S. Эта песня — о том, как артист проходит путь от сарказма к благоговению: сначала он иронизирует над мудростью предков и требованиями рынка, потом признаёт, что за всем этим стоит что-то большее, и в финале отдаёт слушателю главное — право говорить. Мудрость нельзя «порезать» и нельзя присвоить: она живёт в битах, в ритме, в слове, которое передаётся дальше.