Про колыбельные

     Интересно, а вам пели в детстве колыбельные песни? Мне пели, я счастливая. Песни были абсолютно разные у тех, кто их пел своей дочке-внучке, даже на разных языках. Можете ли вы себе это представить?
     Каждый вечер мой папочка обычно приставлял деревянную табуретку к детской металлической кроватке с висевшими уже книзу прутьями, закутывал меня в одеяло «конвертиком» и пел: «Шёл отряд по берегу, шёл издалека, шёл под красным знаменем командир полка…» Песня про Щорса, у которого «голова повязана, кровь на рукаве», была моей колыбельной. И такое бывает. Причём, я всегда просила тотально незрячего папочку петь мне именно её, революционно-гражданскую. Единственный фильм, который папа видел до того злополучного взрыва, унёсшего зрение, был «Чапаев». Поэтому песни гражданской войны были чем-то таким, что возвращало и папу в его детство.
     Молодая мамочка, закончившая факультет иностранных языков Калининского пединститута, вместо колыбельной пела мне на немецком языке лирическую песню: «Die Sternе der Heimat sind immer dabei, in Java, in Rio und auch auf Hawaii!Die Sterne der Heimat, die leuchten so sch;n, doch wer kann die Sehnsucht verstehn!"
(Кстати, даже когда я расшибала коленку, то мамочка проговаривала по-немецки слова детской песенки : «У кошки заболи, у собачки заболи, а у Лерочки заживи!»  Heile, K;tzchen, heile, Die Katze hat vier Beine. Vier Beine und 'nen langen Schwanz, Morgen ist alles heil und ganz!
     Незабвенная моя бабушка Оля, которая растила меня с младенчества, не побоявшись приехать в шестиметровую комнату студенческого общежития, пела мне песню своей молодости, жалобную, протяжную, полную безысходной девичьей любви: «Потеряла я колечко, потеряла я любовь, да, любовь, ох-ох-о, потеряла я любовь. Как по этому колечку буду плакать день и ночь, день и ночь, ох-ох-о, буду плакать день и ночь…»
   Караимская бабушка Софья Александровна Ходжаш, мамина мама, не говорила на караимском языке, но одну национальную песню всегда пела про птичку в золотой клетке: «Алтын хафе сычан ды, ул гун йяр, йяр…» (написала, как запомнила, возможны ошибки).
     Бабушка Соня никогда при мне не говорила по-караимски, да и ни к чему это было, все вокруг в военном лётном городке на окраине Клина Московской области, где закончил службу мой дед, -- русскоязычные.
     Бабушка, 1911 года рождения, принадлежала к известному в Евпатории богатому и образованному роду Ходжаш, детей с детства учили нотной грамоте. И потому мне часто пелось: "Птички затихли в саду, рыбки уснули в пруду...". XVIII век.  Фридрих Вильгельм Готтер -- автор текста песни.
     Только сейчас, на закате своих лет, понимаю, как много не успела я спросить и перенять, узнать поточнее, поинтересоваться хотя бы. А они, мои родные, прошли и Октябрьскую революцию, и гражданскую войну, и Великую Отечественную, и оккупацию, и послевоенное сталинское время. Дорогие мои, хорошие…