Облом на свидание

Виталий Петрович стоял у входа в парк и нервно теребил край своего старого пуховика. Он был худой, как старый карандаш: длинный нос, впалые щеки и редкие седые волосы, которые он зачесывал набок, чтобы скрыть лысину. На ногах — потёртые ботинки, явно купленные лет пять назад на распродаже. Ему было 50, но выглядел он на все 60 из-за вечной озабоченной складки между бровей.

Он смотрел на часы каждые две минуты. В его голове уже прокручивался идеальный сценарий вечера: прогулка по парку (благо рядом с домом), а потом... ну, дальше всё понятно. Зачем тянуть кота за хвост? Время-то идёт!

Марина появилась ровно через семь минут после назначенного времени. Она была одета тепло, но не модно: пухлый шарф закрывал почти всю нижнюю часть лица, шапка-ушанка придавала ей вид пушистого колобка. Ей было 47, и она давно смирилась со своими округлостями. Но сегодня её глаза блестели особенно ярко — от ожидания чуда.

— Привет! (Она улыбнулась, показав немного помятый пакетик конфет) Я принесла угощение...


Они шли по аллее, хрустя опавшими листьями. Деревья стояли голыми скелетами, их ветви тянулись к серому небу, словно просили о прощении за то, что лето ушло так быстро. Под ногами хлюпало: октябрьская сырость пропитывала всё вокруг.

«И зачем я выбрал этот чертов парк?» — думал Виталий. «Мог бы сразу пригласить домой. Сэкономил бы время».

— Красиво здесь осенью, да? (Марина пыталась завести разговор) — Да-а... (вяло согласился он). Холодновато только.

Через полчаса Марина начала заметно подрагивать. Её дыхание превращалось в облачка пара, смешиваясь с влажным воздухом парка.

— Может, присядем где-нибудь? (предложила она дрожащим голосом). — Ну... (он огляделся) Тут скамеек нет. А дома у меня есть отличный диван...

Марина остановилась и повернулась к нему. Ветер трепал её шарф, открывая подбородок.

— Виталик, ты чего? Мы же только познакомились. Ты даже кофе мне не предложил! И вообще, почему свидание именно здесь? У тебя дом прямо за углом, а я на маршрутке два часа тряслось! (Её голос звучал обиженно, но без злобы.)

Виталий покраснел. Его щёки стали цвета осенней рябины.

— Это называется оптимизация маршрута, дорогуша! (начал он оправдываться). Зачем тебе лишние остановки? Экономия времени! Я человек деловой, понимаешь? Мне 50 лет! Не до цветочков-подарочков сейчас.

Марина смотрела на него с лёгкой усмешкой. В этом взгляде читалась вся мудрость её 47 лет.

— Знаешь, Виталь, (она поправила свой шарфик) я понимаю, что ты мужчина взрослый. Но это не значит, что можно пропустить весь танец ухаживания. Тебе кажется, что я должна прыгнуть к тебе в постель, потому что ты собственник жилья и приличный мужик? (Она сделала паузу). Так вот, я не прыгаю. Даже если ты принц.

Виталий вытаращил свои близорукие глаза.

— Женщина! (возмущённо воскликнул он). Что ж ты такая привередливая?! Я же не какой-то там мальчик тридцати лет без квартиры! Я тебе предлагаю стабильность!

— Вот именно поэтому я ухожу, милый. (Марина достала телефон и посмотрела на экран). Уже шесть часов. Два часа мы гуляем по твоему парку, и единственное, что ты мне показал, — это фотки своей машины в телефоне.

Она протянула ему руку для прощания. Рука была тёплой и мягкой.

— До свидания, Виталий Петрович. Надеюсь, вы найдёте ту женщину, которая оценит ваш гараж по достоинству.

Она развернулась и пошла прочь, оставляя за собой шлейф из мелких снежинок, которые начали падать с неба.

Виталий остался стоять один посреди пустого парка. Из кармана пуховика торчали ключи от несостоявшегося рандеву. Он посмотрел им вслед и бормотнул:

— Бабы нынче зажрались... Раньше за колбасу замуж выходили...