Творческий запой

«Леденеет осенняя стыль .. .» - голос Алексея плыл мимо пыльных полок старого кабинета куда-то в приоткрытую форточку, неохотно запускающую внутрь шум затихающего вечернего города.
Присутствующие помолчали, паузой обозначая дистанцию между сказанным и услышанным.
«Сильно» -  прервал молчание Олег Фасулаки.
«Да, насквозь пробирает - торопливо закивал Викентий Викентьевич, слегка поёживаясь от внутреннего нетерпения - Позвольте?», - Викентий вскочил, пытаясь справиться с  разрозненными листочками, отыскивая нужное.
«Не спеши, Викентий - перебил его Михаил Аркадьевич на правах хозяина тесного кабинетика и приглашающе посмотрев на Ниночку, которая, забившись под разросшуюся хавею, вот уже минут 20 пристально рассматривала титульный лист брошюры «Литературный след» - Давайте дадим слово нашему начинающему автору, ведь, как говорится, молодым везде у нас дорога. Прошу любить и жаловать - Нина, даже Ниночка - наша новая и, смею надеяться, теперь постоянная участница, просим вас, покажите нам, старикам,-  Михаил Аркадьевич кокетливо пригладил седеющий ежик волос -  пример свежей, стремительной мысли, а то мы тут несколько утонули, так сказать, в  ..»
«Я потом, после» -  еле слышно прошелестела Ниночка, лицо которой от волнения сделалось цвета кислого клюквенного морса, составляющего не совсем органичную пару пирожкам с луком и яйцом, которые принес Викентий, не успевший толком позавтракать из-за спешки с окончательной доработкой того самого неожанра и теперь отчаянно жалевший о том, что именно он, не сразу заметив забившуюся в угол новенькую, с таким торжеством водрузил на стол эти глупые пирожки, так диссонировавшие с воздушной Ниночкой ..
  Михаил Аркадьевич развёл руками и ласково кивнул - потом, так потом.
По устоявшейся очерёдности был прослушан отрывок из ещё неоконченной новеллы Олега, который, держа интригу, потчевал собратьев по перу трех-пятистраничными отрывками уже восьмую неделю подряд, поэтому заявленный формат новеллы, как они подозревали, грозил перерасти в полноценный роман, затем сам Михаил Аркадьевич зачитал свой свеженапечатанный очерк из последнего выпуска малотиражки «Будни нашего города», а после наступил черёд Викентия представить на суд свое внежанровое произведение, нечто вроде стихопрозы, которая, как он надеялся все последние семь дней перед собранием литклуба, станет откровением не только для их тесного мирка, но и ..  Душа Викентия жаждала признания не меньше, чем внимания прекрасной Ниночки, появившейся именно в тот момент, когда он был на пике творческого созидания, и он ощутил волнение и подъём, впрочем, не он один. Хотя, строго говоря, Нина не была красавицей, но юность в дополнении с предполагаемым творческим потенциалом - явление многообещающее.
Хотя, как часто говаривал Олег Фасулаки, не бывает некрасивых женщин, бывает мало стихов.
 «Над высокой горной кручей ветер веет, веет ветер.. » - Викентий читал громко, иногда почти нараспев, иногда отрывисто, отбивая такт левой рукой, чувствуя ритм,  физически слыша стук бешено бьющегося сердца ..
  «Тише, стучат, да стучат же! » - во входную дверь действительно громко колотили - требовательно и с каким-то наглым напором - Дверь на улицу не заперли что ли  .. » -  произнёс Михаил Аркадьевич свистящим шёпотом, так как кабинетик после рабочего дня использовали почти нелегально, через уговоры местной сторожихи Веры Игнатьевны и небольшую мзду часика на три-четыре по пятницам закрывать глаза на эти безобидные, в общем-то, сборища.
И тут же в дверном проёме, почти перекрыв его в ширину неженскими плечами, появилась фигура, в которой трое из присутствующих, к своему изумлению, узнали Резеду Игоревну - директора крупного ТЦ в городке, а Викентий Викентьевич - собственную жену. Позади маячило горестно-недоумённое лицо супруги бессменного руководителя литобъединения «Светоч».
Гневный взгляд Резеды Игоревны метался между испуганной Ниночкой и тарелкой с пирожками, отыскивая неопровержимые доказательства того, что позволило бы ей наконец обрушить свой гнев на разрушителей семейных устоев. Подойдя к столу, Резеда Игоревна демонстративно отпила прямо из кувшина.
«Морс» - она презрительно оглядела присутствующих.
Супруга Михаила Аркадьевича ахнула: «Нет, ну я понимаю - мужики в гаражах собираются, на рыбалку там, в домино - хоть какое-то, но мужское занятие, ну выпьют, не без этого, но пьяный-то хоть проспится, а это что.. » - скороговоркой произнесла она, горестно смотря на хавею, под которой пряталась Ниночка.
Расходились молча. Первой выскочила Нина Ягодкина, за ней, подхватив забытую ниночкину тетрадку, исписанную наклонным нервным почерком, Олег. Буркнув что-то, вышел, не глядя ни на кого, Алексей. Затем засуетился и исчез Викентий Викентьевич под неподвижным взглядом Резеды Игоревны, выбежала плачущая жена Михаила Аркадьевича , махнув рукой на неподвижно сидящего за столом мужа.
Михаил Аркадьевич тяжело встал, оглядел помещение, прикрыл форточку, затем надел утепленный плащ, похлопав по карманам, отыскал ключ от кабинета, вышел, закрыл дверь, на которой висел листок с датами собраний литклуба, вернулся, взял со стола ручку и внизу дописал новую дату - 14 марта 2026 года.