Мой разум

Мой разум спокоен и ясен. Разнуздан альтом, смирен сарказмом, небезопасен.
Искрашен в темные тени свечей от люстры, холодный, шустрый,
причтенный в Древний Ликей.
В нем такой же реликтовый мусор.
Он голоден и разъят, бесконечно страждущий, страдающий будто гниющий засохший сад.
Там слишком шумно, как в утробе аэропорта, там многолюдно, и лики эти совсем истерты, будто бы видела их лишь мельком в какой-то темной трущобе в гостях у чёрта.
В моей черепушке словно бурлит самогон в стеклянной чекушке, пузырится, то ли от радости, то ли от боли. А горн бесконечно бьет по макушке, а лучше бы бил патрон.
Куда деваться — путей так много, а карт не дали. Ни географических, ни кредитных, я ноги передвигаю едва ли до своего порога. Боюсь остаться.
Остаться ни с чем, чтобы ни синицы в руках, ни любви, ни богатств, ни света. Прошу ответа — встречаю мрачного визави, он советует сдаться. А я скажу: вскоре вновь запоют соловьи. Надо только дождаться.