Это не так
место,
выбелен угол, поставлен комод или вбит
стеллаж.
Это скорее замес изначального, плотного
теста,
где невозможно понять, где здесь свой, где
чужой пейзаж.
Бог не заходит в гости, не ищет пустую тару,
чтобы оставить вещи и переждать дожди.
Он прорастает кровью, равняя тебя с ударом
сердца, которое бьётся в твоей груди.
Чувствовать это физически - кожей, хребтом,
ладонью,
как расширяются рёбра от плотности бытия.
Словно стоишь на распутье перед огромной
конной
армией смыслов, где всадник и лошадь - ты
сам и я.
Это избыток света, который не жжёт сетчатку,
но заставляет видеть предметы насквозь, до
дна.
Мир оставляет в тебе, как на глине, свою
печатку,
и глубина зрачка становится солона.
Ты не вместилище духа, не склад для чужого
белья.
Ты - продолжение жеста, черта на сухом
холсте.
Если река течёт, то в потоке её струя
не отделяет себя от русла на высоте.
Так и сознание, путаясь в мелких деталях
суток,
вдруг замирает, почуяв присутствие чертежа.
Это не бред ума, не минутный его рассудок -
это в объятьях вечности выпрямилась душа.
Мы совпадаем в точках, в изгибах пустых
аркад,
там, где кончается слово и время берёт
разбег.
Бог - это не суббота, не церковь и не плакат.
Бог - это, то чем дышит внутри себя человек.
И проходя вдоль улиц, исхоженных нами вслух,
ты понимаешь, кутаясь в пальтовый
ворс:
ты не шкаф для белья. Ты - живой, осязаемый
дух,
в чьих сухожилиях тихо пульсирует эта
вселенная звёзд.
Свидетельство о публикации №126101808548